Книга Директриса поневоле. Спасти академию, страница 167 – Адриана Вайс, Мария Минц

Он замолкает, и я чувствую, какая боль и горечь стоят за этими словами.

— Но он не понял, — продолжает Эдгар, и его голос становится жестче. — В ту же ночь он попытался подговорить нескольких моих мастеров-литейщиков устроить диверсию. Испортить целую партию нового сплава, над которым мы работали полгода. Это была последняя капля.

Я в шоке слушаю его.

Какая же чудовищная, иррациональная ненависть! Даже после полного поражения Гилберт не успокоился.

— Теперь он за решеткой, — заканчивает Эдгар, и в его голосе – бесконечная усталость. — Но и это еще не конец. Мои конкуренты, те самые, с которыми он спелся, теперь пытаются его вытащить. Моим законникам приходится прилагать немало усилий, чтобы он остался там, где ему место.

Я смотрю на него, на его суровое лицо, и мое сердце сжимается от сочувствия. Каково это – быть преданным тем, кого ты считал сыном? Пройти через все это, и при этом остаться таким же сильным?

— Впрочем, — Эдгар резко встряхивает головой, словно отгоняя неприятныемысли, и снова поворачивается ко мне. На его губах снова появляется тень улыбки. — Хватит о грустном. Лучше расскажите о ваших планах.

Я с благодарностью принимаю его попытку сменить тему. Следующие полчаса мы говорим об академии.

Я рассказываю ему о своем безумном плане – не просто подтянуть студентов, а сделать из них элиту, способную побороться за первые места с непобедимой доселе Академией Белого Грифона.

Рокхарт слушает, кивает, задает точные, деловые вопросы. И я снова чувствую себя не просто ректором на приеме у спонсора, а полноправным партнером. Равной

Погруженная в наш разговор, в это удивительное, пьянящее чувство единения, я совершенно не замечаю, как карета останавливается.

— Приехали, — говорит Эдгар, и его голос вырывает меня из моих грез.

Лакей распахивает дверцу.

Я выхожу наружу и… замираю, забывая, как дышать.

Мы оказываемся в центре города. Но это не тот унылый, провинциальный городок, который я себе представляла. Это… самая настоящая сказка.

Центральная площадь залита светом тысяч магических фонарей. Вокруг – величественные здания из белого камня, украшенные статуями и позолотой, шпили башен, уходящие в темное, бархатное небо, витрины дорогих магазинов, сверкающие, как сокровищницы.

Воздух наполнен музыкой, смехом, ароматом жареных орехов и дорогих духов. По брусчатке цокают копыта лошадей, проносятся роскошные кареты, гуляют нарядные, смеющиеся люди.

Я стою, как деревенская девчонка, впервые попавшая в столицу, и просто смотрю, широко раскрыв глаза. После месяцев, проведенных в полуразрушенной, темной академии, этот яркий, живой, дышащий полной грудью город кажется мне настоящим чудом.

— Нравится? — спрашивает Эдгар, и я слышу в его голосе довольные нотки.

Я лишь восторженно киваю, не в силах вымолвить ни слова.

Он усмехается и, галантно предложив мне руку, ведет меня через сияющую площадь. Я вижу, как на него оборачиваются, как почтительно кланяются ему прохожие.

Он здесь – не просто богатый промышленник. Он – настоящая власть.

Мы заходим в один из самых роскошных ресторанов, расположенный на крыше высокого здания. Отсюда, с открытой террасы, весь город – как на ладони. Море огней, расстилающееся до самого горизонта. Тихая, струнная музыка, хрустальные бокалы, белоснежные скатерти…