Книга Графиня снова выходит замуж, страница 22 – Нина Матвеева

— Мэри дебютантка...?

Ответ на этот вопрос пришёл с совершенно неожиданной стороны. Из-за колонны вынырнула девичья фигура в светлом платье и подлетела к Джейн.

— Мама! — жалобно вскричала девушка. — Элинор Монтейт сказала, что я похожа на артишок в этом платье! Я ведь говорила, что мнене к лицу салатовый оттенок! Я сразу сказала об этом, как только портниха развернула ткань...!

— И что, по-твоему, я должна сделать? — вскинулась Джейн. Её радушное лицо моментально посуровело. — Пойти и отчитать мисс Монтейт за то, что та ничего не смыслит в моде?

— Нет...

— Перестань морщить лоб, тебя это не красит. И почему ты опять носишься, как заяц по полям? — Джейн досадливо тряхнула головой и резко развернула дочь лицом к Виктории. — Лучше поприветствуй леди Видмор.

И семейная перепалка прервалась на приветствия.

Виктория с трудом узнала в вытянувшейся девушке ту круглолицую и пухленькую девочку, что когда-то ходила по пятам за гувернанткой. Кажется, в их последнюю встречу Мэри было тринадцать? Подумать только, старшая дочь Джейн Виккерс — дебютантка!

— И вообще, мне не нравится, что ты так легко пасуешь перед дочкой Монтейтов! — тем временем продолжала наседать Джейн. — Зелёный — это фамильный цвет Виккерсов! — добавила она и будто в подтверждение своих слов воинственно ухватилась за подол собственного платья из глубокого зелёного бархата. — И я была в салатовом, когда встретила твоего отца!

— Но тебя никто не называл артишоком!

Удручённо всплеснув руками, Мэри присела в неуклюжем книксене, а потом развернулась и полетела прочь. Мать явно хотела что-то крикнуть ей вслед, но сдержалась.

— Джейн, сколько ей? — спросила Виктория мягко.

— В ноябре исполнится восемнадцать. Но ума лет на десять, — Джейн поджала губы, затем и вовсе закрыла глаза и принялась массировать виски, — Черити младше на три года, и то разумнее её. Каждый день по три часа упражняется в игре на фортепиано и рисует весьма недурно. А недавно попросила отца нанять преподавательницу французского. Она с пелёнок такая — ужасно смышлёная. А Мэри…, — вздохнула Джейн, — у Мэри пудинг в голове.

— Но она совершенно очаровательна, — с улыбкой возразила Виктория.

— Вот только это почему-то не помогает ей искать ухажеров. Ни одного предложения за весь сезон, — как страшный вердикт озвучила Джейн. — Можешь представить себе такое? Я дважды доставала нам ваучеры на балы в Альмак — и всё зря! Никто даже не ухаживал за ней дольше двух недель...

Виктория не сразу нашлась что ответить на это.

— Может быть, Мэри сама не хочет принимать ухаживания?

В этот момент Джейн вдруг предостерегающе расширила глаза. Азатем наклонилась к Виктории и пробормотала, почти не размыкая губ:

— Мне кажется, нас подслушивает Лукреция Уиншем. Идём, подыщем другое место для разговоров. Или... ты хотела что-нибудь выпить?

Виктория качнула головой и позволила подруге подхватить себя под локоть. Лимонад подождёт.

— Как долго ты планируешь пробыть в столице? — уже абсолютно расслабленно поинтересовалась Джейн, когда они устроились на мягких банкетках у стены в самом дальнем углу бального зала.

— Недолго, — ответила Виктория уклончиво. В воскресенье состоится королевский бал-маскарад, а что будет после она ещё не думала, — А вы ещё не собираетесь возвращаться в Лонгбри?