Книга Графиня снова выходит замуж, страница 120 – Нина Матвеева

У Виктории ненадолго просто пропал дар речи. Ривенхол её разыгрывает. Нет, это никак не может быть правдой. Герцогского наследника — первого сына! — не могли воспитывать суровая бабка и её заезжий любовник-иностранец.

— Вы ведь шутите, — сказала Виктория с упрёком.

— Ни в коем случае. Карлос растил меня, как собственного сына, которого у него никогда не было. Он научил меня фехтовать, стрелять, ездить верхом и ловить рыбу. А ещё немного говорить по-испански, но в основном ругательства, — ухмыльнулся Ривенхол, — хотя это тоже ценный навык. Я ещё ни разу не пожалел, что роль моего отца на себя взял именно…

В этот момент герцог резко умолк, и Виктория поняла почему: где-то недалеко раздались шаги.

«Мой брат с герцогиней ещё в галерее?» — услышала она приглушённый голос Грэгори с лестницы.

Виктория поймала настороженный взгляд Ривенхола и застыла, а он быстро ухватил её за руку, второй рукой обвил за талию и практически втолкнул в нишу у окна. Кажется, Виктория даже пискнула от неожиданности, но снова замерла, как только поняла, что оказалась зажатой между стеной и самим герцогом. Голова пошла кругом от этой внезапной близости. Чувствовать его сильное тело и запах — смесь крахмальной свежести и тёплого аромата, что принадлежал только Ривенхолу, — было так волнительно, что к лицу начала приливать жаркая кровь. Виктория подняла глаза и увидела, что герцог выразительно приложил палец к губам.

И Губы… губы заставляли её думать о совсем неуместных вещах.

— Джеймс? — раздался голос Грэгори из соседней комнаты.

Ох, только игр в прятки им сейчас и не хватало. А если Грэгори застанет их прямо здесь, за занавеской? Да ещё и увидит, в какое состояние Ривенхол привёл её одним своим приближением? Сердце трусливо ушло в пятки.

Уже через секунду в комнату ворвался сам Грэгори. Раздалось недовольноебормотание, потом снова шаги — кажется, они удалялись. Однако герцог не спешил отпускать Викторию из своего плена. Он склонился ближе к её лицу, обжигая взглядом потемневших глаз, и заставляя непроизвольно задерживать дыхание. А затем прошептал:

— Cómo es posible que la luna brille esta noche, si toda su luz está aquí, en sus ojos?¹

Когда он коснулся губами мочки её уха, у Виктории подкосились ноги. Она ухватилась за его плечи, смяв пальцами ткань сюртука, и в этот же миг Ривенхол накрыл поцелуем её рот. Комната качнулась перед глазами. Последним, что выхватил взгляд Виктории, был рыцарь в блестящих доспехах, возвышающийся над плечом мужа.

— Джеймс, нет…

— Нет?

Ривенхол отстранился с совершенно ошалевшим видом.

— Я не могу… — выдавила Виктория. — Мне кажется, на нас смотрят.

Ошалевшее выражение лица герцога сменилось настороженным. Затем он обернулся в ту сторону, куда смотрела Виктория, и лицо его вытянулось ещё больше.

— Виктория, это просто доспехи. Там нет никого… — Он даже протянул руку к латному забрало и приподнял его. Металл вкрадчиво скрипнул. — Пустота.

— Я знаю, что это доспехи, — прошептала Виктория в ответ. Она действительно чувствовала себя полной идиоткой, но этот силуэт за спиной Ривенхола заставлял её испытывать стыд и смущение. — Просто они такие реалистичные...

Боже, как нелепо это прозвучало. Наверняка герцог сочтёт её ненормальной. А если он разозлится?

Однако вместо этого Ривенхол снова взял Викторию за руку и аккуратно вывел из ниши.