Книга Дневник беременной или Лучшее средство никого не убить, страница 23 – Елена Саринова

- Ты чай пить будешь? - тетушка, отведя рукой занавесь на окне, встала рядом и тоже прищурилась на румяную пару в саду. - Пока все соберутся и за стол сядут...

- Неа. Спасибо.

- Какой хороший молодой человек. Да еще рыцарь. Маг огня... О-ох.

Я поддакнула:

- Ага. И вместо того, чтоб болтаться в нашей толпе, нашел бы себе, наконец, девушку...хорошую.

Тетушка моя хмыкнула, не отводя взгляда от Эрика и Вари:

- А зачем?

- То есть? - недоуменно уточнила я.

- Разве Варенька тебе не говорила? Она уверена, Эрик - ее будущий муж.

- Тысь моя майка.

- Вот-вот, - захихикала тетка. - Значит, сейчас именно там, где и положено. Ты только ему пока не говори. Зачем раньше времени так мужчину радовать?

Я усмехнулась. "Будущий супруг" Варвары Дивнич обернулся и "радостно" помахал нам рукой.

- А что? Варя - замечательная партия. Тем более, от карьеры зельеотравительницы отказалась... А где мама моя, тетя Гортензия?

- Ох, а кто ж её знает, Агаточка?

- Да не вздыхайте вы так: эту проблему мы с ней вчера разрешили.

- Какую "проблему"? - замерла родственница.

- Навеянную маминой бурной фантазией и собственным прошлым.

- Она тебе всё... рассказала?

- Да-а, - праведно опешила я. - А что здесь такого то? Это ведь и моя проблема.

- Да как она на подобное решилась? И ты сильно расстроилась? Ты только не расстраивайся.

- Да все нормально уже. Я...

- Вот и правильно! - уверила меня тетка. - Вот и правильно, Агаточка. Всегда надо думать о хорошем и полагаться только на него. А то, что у нас в роду случается, еще ничего не...

- Я не опоздала?

- Катаржина! - и понеслась к возникшей на пороге маме.

Я лишь плечами пожала ей вслед: может и тетушка ненароком забеременела? Откуда такие эмоциональные всплески? И, бросив еще один взгляд за окно, решила и сама подышать свежим воздухом.

Пах он талым снегом, прелой землей и низким дымом из всех уличных труб в округе. В общем, "вкусно" он пах. Я даже ноздри на крыльце в сад раздула: так старалась его поглощать. Опять же - упражнение. Мне его наш лекарь еще полгода назад прописал (для успокоения нервов), но, что удивительно, нет, не то, что вспомнила я его лишь теперь, а что не понадобилось (нервы успокаивать). Я просто перестала психовать, будто абстрагировалась от всех для этого процесса возможных причин. Заслонилась от них не то животом, не то... странным ощущением защиты.

- Агата! Смотри, какое недоразумение у нас вышло! Эрик его "людером" обозвал! - поддернула, сползшую на глаза шапку, Варя.

- Это что еще? - сморщила я в ответ лоб.

Эрик подбоченился сбоку от их изваянья:

- Так на родине моей называют "грязнуль".Правда, в это слово другое определение вкладывают.

- На твоей родине? - заинтересованно открыла я рот.

Рыцарь кивнул мне:

- Угу. Я ведь - из Анкрима, - и, отряхиваясь, подошел к крыльцу. - "Людер", значит "незаконнорожденный".

- Как снег двадцать седьмого марта... Я читала про Анкрим. Там у вас...

- Спокойно теперь. Раньше кланы между собой трон делили и ворули, оборотни береговые, вечно лезли в драку, а теперь, после брака между наследницей из королевского клана и сыном самого зубастого воруля, наступили тишина и покой.

- А ты, значит, "воруль"?

Мужчина усмехнулся:

- Так точно. По отцу. По матери - маг огня. Она отца в Ладмению и перетащила, подальше от склок... А что? - и посмотрел даже с вызовом.