Онлайн книга «Попаданка. Комедия с бытовым огоньком»
|
— Скукожилась, — потирая лоб, ошеломленно выдохнула я. Мавра Зотовна засмеялась: — Да. Вот предки у тебя такие и есть. Елизавета дала за этот подвиг орден, деньги и дворянство роду. Переходящее потомкам и с землей. А через пару лет Василий Афанасьевич Верховцев построил этот дом, — обвела старушка елейным взглядом всё вокруг. — А Мэлин окрестилась по православию и стала зваться с тех времен Марией. Они прожили вместе много дружных лет и нарожали деток. Но, когда Мария умерла всё началось. — Что «началось»? — наконец, не выдержала я. Мавра Зотовна взмахнула узловатою рукой: — Конечно, тебе про это не говорили… А то и началось. Дом ухал и скрипел. Все, кто тут жил тогда поначалу выбегали по ночам со страху, а потом всё как-то стихло. Только иногда, года три еще, был слышен плач. Тихий такой задушевный из погреба, что в кухне. И еще… дом начал выживать некоторых. Уж не знаю как. А комаров да остальных еще Мария вывела. Так что… — сказала и затихла вновь рассказчица. Я не стерпела снова: — Что⁈ — А гостья твоя, — сдавленно произнесла старушка. — Но, поживем, девочка, увидим… «Поживем — увидим». Увидеть бы и поскорей. Со старушкой мы расстались, когда тягучее деревенское время близилось к обеду. И если так и далее пойдет, мой нынешний «примерно пятьдесят второй» разбухнет… Я, спеша в свои покои по коридору, представила катящийся вприпрыжку высоченный колобок, весь в белоснежных рюшах и воланах… Нет уж! Хватит. Что на повесткедня, пока Ида Павловна предается страданиям, попутно развешивая платьица в шкафу? Проверить сундуки и ридикюль. Потом под предлогом дом осмотреть и двор. И книги! — Ох ты ж, мамочка моя! Курносая Евлаша с моим вчерашним дорожным (назовем его вот так) платьем на плече смущенно потупилась в ответ: — Я тут все ваше прибрала. А сундуки мы в кладовку унесли. Мешок после обувки вашей вытрясла и тоже унесла. — А-а-а? — озадаченно пропела я. Девушка весьма проворно для собственной комплекции, вдруг подпрыгнула и прокричала: — А это в стирку! А-а вашу сумочку задамскую я поставила во-он туда. — и ткнула пухлым пальцем на пустой комод с торчащим там набитым боком ридикюлем. — Я её не открывала! А зачем? — За нечем, действительно, — глухо подтвердила я. — И ты пока свободна. А когда Евлампия ушла… Был у меня случай в прежней жизни. Печальный и смешной. Вы ж знаете, о наличии повсеместной теории: сотовые телефоны волнами истребили тараканов. В моей квартире их не водилось никогда. Только однажды после работы я вернулась поздно вечером домой, включила свет на кухне и… увидела посреди ковра, в самом центре совершенно мертвого и скрюченного таракана… Вот именно им, стоя в середине большой иномирной комнаты ощущала я сейчас себя. Высокие стены с парой пестрых живеньких картин, кресла в красном бархате, меж ними шестигранный столик с вазой. В углу обтёртый невысокий секретер и стул. В другом — точно такой же бархатный диван и дверь. За дверью спальня. Обезличенный пейзаж. Явно, покои не мои. Точнее, не Варвары прежней… Я вдохнула, выдохнула и пошла туда, где провела всю эту ночь… Довольно узкая кровать у стенки, деревянный женский манекен и длинный шкаф. Шифоньер. А! На полу еще ковер. Красивый. Только вытертый. И, судя по месту положения проплешин, не здесь лежал. Снова вдохнуть и выдохнуть?.. |