Книга В болезни и здравии, Дракон, страница 92 – Хель Сорго

Таи даже не посмела идти за нами, её причитания пару секунд ещё звучали позади, а затем и вовсе растворились в отдаляющемся эхе, когда Люциар распахнул двери на улицу, впуская в холл крупные и лёгкие хлопья снега, и вышел на крыльцо.

А там я на пару мгновений потеряла его в морозной белизне, и отыскала взглядом, лишь пробежав по двору к вратам.

Сначала увидела силуэт Стрелы в густом тумане, затем лорда, опустившегося на колени перед лежащей на земле девочкой.

И я запнулась на месте, боясь подойти. Точнее, боясь узнать нечто страшное.

— Дочка, — в снежной тишине голос лорда звучал так инородно тепло и странно… — Лора, открой глаза.

Глубоко вздохнув, забыв о холоде, будто во сне я приблизилась к ним, по пути рассеянно похлопав по шее Стрелу, что беспокойно топтала снег и фыркала.

Лора, бледная, как мел, лежала на земле в своём платье, поверх которого была накинута одна лишь тёплая длинная шаль.

— Лорд! Госпожа Аделин! — раздался издали голос Марципана, спешащего к нам. — О боги! Я не понимаю, как недоглядел, прошу, простите меня! — запыхавшись, он остановился рядом с нами, уперев ладони в колени, пытаясь отдышаться. — Лора… — бросив на малышку взгляд, тут же опустился рядом с ней, не решаясь коснуться. — Лора, пожалуйста…

— Как это произошло? — бесстрастно спросил Люциар, бережно поднимая девочку на руки.

Марципан смотрел на него снизу вверх полными слёз глазами.

— Она хотела проехаться вокруг замка, мой господин. Она и раньше так делала… Как вдруг повернула к вратам, что-то крикнула мне про тени. Лошадь испугалась и встала на дыбы, а затем стрелой помчалась вдаль. Врата были чуть приоткрыты, она и врезалась, видимо… Я сразу побежал в замок, не решился сам проверять. Таи позвала вас. Меня не пускала, боялась, что вы разгневаетесь и… Но я готов понести наказание! Мне нет прощения, я не доглядел, — склонил он голову, крепко сжимая кулаки, коря себя.

Лорд покачал головой:

— Не тебя нужно наказывать, — и погладил по волосам малышку на своих руках.

Которая к всеобщему облегчению вдруг разомкнула веки.

— Папа, — слабо улыбнулась она, едва слышно прошептав: — я лбом ударилась…

Люциар улыбнулся, тепло прижимая её к себе.

— Очнулась, — выдохнул он. — Главное не засыпай пока, хорошо? Я оставлю тебя с Аделин, приложим холодное к ушибу.

— А вы? — спросила я, едва не плача от облегчения.

— А я спущусь в подвал к виновнику… — многообещающе проговорил Люциар.

Прежде я не видела, чтобы глаза его были такими стальными и холодными. Боюсь, каким бы образом во всём не поучаствовал Ранэль, жалости ему теперь от лорда не сыскать…

Да только правда ли он виноват, что и как мог сделать, находясь за решёткой?

Спрашивать заранее я не стала, но сердце было не на месте. И всё-таки, когда уже вернулись в замок, я коснулась плеча лорда и просяще заглянула ему в лицо.

— Люциар… Позвольте пойти с вами? Думаете, Ранэль желал ей гибели?

Лорд отрицательно качнул головой:

— Может и не желал. Но то, что случилось, произошло из-за его действий. Случайность это или нет. Так уж вышло, что кто-то позаботился, чтобы было ему достаточно тепло…

— А? — пока я ничего не понимала.

Мы поднимались по поглощающему звуки багровому тёмному ковру на лестнице и из-за стресса я, забыв, что успела замёрзнуть, слишком сильно сжимала перила окоченевшими пальцами, не сразу понимая, схватилась за них или нет. Руки словно онемели.