Онлайн книга «Тайны темной осени»
|
— Он что, мой родственник был? — поразилась я. — В какой-то мере. — Атот жених на Васильевском… — И он. — А ты… — МУРО, — хмыкнул Похоронов. — Магический Уголовный Розыск. Не совсем прямо полиция, но что-то вроде того. Такие твари — по нашей части. — Я не об этом, — сказала я. — Ты говорил про Дверь, и что через ту дверь сочится в наш мир потустороннее, и оно не всегда бывает злым, подлежащим уничтожению. Ты ведь и сам оттуда, не так ли? Из-за Двери. Кто ты? — Перевозчик, — нехотя признался он. — Но я уже очень давно… исполняю не одну лишь свою изначальную функцию. Ваш мир, — усмехнулся Похоронов, — оказался, огромен, любопытен и странен… Но, знаешь… — он задумался, глядя мимо меня в окно. — Иногда… мне жаль, что я уже не могу вернуться и забыть обо всём, что узнал, увидел и испытал. Я изменился. Мой дом у быстрых рек кажется мне тюрьмой, когда я остаюсь там надолго. И мне иногда бывает жаль прежнего, утраченного навсегда, покоя… Но я понимаю, что поздно, что вернуть обратно всё, как было, нельзя. Он говорил спокойно, с усмешкой, с беспощадной самокритикой, призванной прикрыть внезапно проступившую сквозь магическую броню уязвимость. Так взрослый жалеет об ушедшем детстве, но вернуться в него уже не способен. На меня словно повеяло сухим чёрным ветром со скалистых берегов чёрной реки. Где бы ни находилось это место, какую ностальгию оно бы ни вызывало, а власти над Похороновым у него уже оставалось мало. Но он тосковал… так знакомо, так понятно. Я бы тоже хотела вернуть детство, наверное. Когда был жив дед. Когда жили ещё тётя Алла и Арсений. И никакие твари-из-за-Двери не маячили на безоблачном горизонте нашей размеренной жизни. Я протянула руку, осторожно коснулась ладонью его запястья. В любой момент готова была отдёрнуть: как он ещё отреагирует… Вдруг ему неприятно станет. Пальцы ощутили холод, но холод не мёртвого, а живого. Пусть живущего другой жизнью, пусть не такого, как я или любой другой человек, но ничего общего с проклятой куклой из моих снов и реальности здесь не было. Похоронов накрыл на мгновение мою руку своей, затем мягко освободился. В его ярком взгляде я прочитала неловкое, чуть смущённое спасибо. Похоронов не произнёс его вслух, но каким-то странным образом оно прозвучало. Я почти догадалась, кто он такой. Почти. Имя так и не всплыло из памяти. Но и без имени всё было ясно. Предельнопонятно и просто. И я радовалась, что Похоронов теперь со мною рядом. Если он рядом, то значит, что всё будет хорошо. Всё. Будет. Хорошо. Надо только доехать до Сочи. День, так сказать, простоять да ночь продержаться… ГЛАВА 7 Я ошибалась, думая, что поезд продолжит своё путешествие дальше. Нас дотянули до Воронежа, первого крупного города по пути, а там загнали в тупик и начали шерстить, с головы, с хвоста и с середины: обычная человеческая полиция и коллеги Похоронова. Мне снова велено было сидеть и не отсвечивать, по телефону не звонить, за нетбук не хвататься, и: — Руки себе сама откуси, как только карандаш схватишь, — угрюмо посоветовал Похоронов, и по тону его голоса я поняла, что он не шутил. Откуда у меня взялись такие способности? Он сказал, они были всегда, просто я отвергала их, потому что они меня страшили. Поэтому бросила художественную школу и пошла на физмат. Увлеклась техникой, программированием, наукой. Это позволяло исключить последние крохи мистики из сознания. Но оно же и убивало. Медленно. Верно. Ежедневно. Именно оттуда брала ноги моя эмоциональная скупость, запоздалая реакция, махровое, беспробудное одиночество, курсировавшее по маршруту дом-работа-дом. Да и дом… крохотная квартирка-студия, в которой не примешь друзей и не создашь полноценную семью; она годится для закоренелого холостяка, но для женщины, даже для женщины с сорока кошками, — тесновата. Несмотря на прекрасный вид на Неву, Собор и город. |