Книга Мы те, кто умрет, страница 18 – Стасия Старк

Бран наклоняется так близко, что я чувствую слабый запах крови в его дыхании. Воздух вокруг него на несколько градусов холоднее, а это значит, что он прямой потомок Первого — одного из вампиров, созданных самим Умбросом много веков назад.

Обычно, чем старше вампир, тем большей силой он обладает. Но это не всегда так. Я слышала о вековых вампирах, которые едва могут управлять базовым щитом, в то время как другие, обращенные всего несколько лет назад, излучают грубую, неукротимую силу.

Те, кто был обращен Первыми, обладают силой с момента начала своего перехода. А те, кто родился от Первых естественным образом?

Я вздрагиваю. Бран довольно улыбается.

— Вот условия нашего соглашения: ты примешь участие в «Расколе» как гладиатор. Пока ты будешь тренироваться, я постараюсь обеспечить тебя информацией, которая может помочь в достижении твоей цели. Ты не будешь нападать на императора, пока не закончится «Раскол», и я не скажу, что пришло время. Ты не расскажешь Праймусу о своих планах. Ты не предупредишь ни его, ни императора.

Он делает паузу, как будто ждет, что я начну спорить, а я пристально смотрю на него. Праймус — лидер Империуса, элитной когорты императора.

— Может, я и не обученный убийца, но точно не идиотка.

— Как только император умрет, я исцелю твоего брата и освобожу их обоих. Ты сможешь присоединиться к ним на севере.

— Нет. Эврен не может ждать так долго. Я хочу, чтобы ты исцелил его сейчас.

Бран медленно отходит от двери.

— И лишиться рычагавлияния? Нет.

— Мы оба знаем, что ты все равно будешь держать моих братьев в заложниках. Этого более чем достаточно.

Его улыбка легкая, приятная, клыки аккуратно спрятаны.

— Компромисс. Легкие твоего брата исцелятся, как только ты пройдешь «Раскол».

— Нет.

Его взгляд становится жестким.

— Да.

Мои ногти впиваются в ладони, и я разжимаю сжатые кулаки, прежде чем Бран почувствует запах крови. Он только что подтвердил, что я не смогу избежать ни одного испытания. Мне придется выиграть все три, чтобы Эврен выздоровел.

Я тихо рычу.

— Тысячи людей тренируются, чтобы оказаться на арене. И, вероятно, сотни могут приблизиться к императору. Почему ты решил преследовать именно меня?

Он хмурится, услышав слово «преследовать».

— Любым, кто зашел так далеко и попал на арену императора, движут собственные причины. Ты же, напротив, не стремишься туда. Ты никогда не планировалаоказаться там. Значит у тебя нет скрытых мотивов. Именно это нужно для моих целей.

Холодок пробегает по моей спине. Каждый мой шаг был направлен на то, чтобы мне больше никогда не пришлось сражаться за императора. Горькая ирония заключается в том, что именно эти шаги привели сюда.

Могу ли я действительно стать хладнокровным убийцей?

Перед глазами возникает лицо Эврена, его посиневшие губы, напряженные мышцы шеи, когда он боролся за воздух.

Я делаю глубокий вдох. Валлиус Корвус — чудовище. Его одержимость завоеванием и коллекционированием королевств под своими знаменами стоила жизни бесчисленному количеству людей — как в Сентаре, так и по всему континенту. А когда силовые методы не срабатывают, он посылает своих империумов, чтобы убедитьиностранных правителей сложить свои короны.

Его налоги непомерно высоки. Он игнорирует нужды самых бедных из своих подданных, при этом хвастаясь прогрессом, которого добился в империи.