Книга Дело 13. Проклятая ассистентка, страница 44 – Аманда Бард

— Я… я не знаю, — выдавила Маша, чувствуя, как дрожь бьёт её по всему телу. Свет не причинил ей боли, но он был… абсолютно чужим. Потусторонним. — Бабушка… она говорила, что кулон должен защищать. Скрывать меня от тех сил, что ждут мою душу. Но… он никогда так себя не вёл. Никогда!

— Защищать? — Кассиан закашлялся, и его лицо исказила гримаса боли. — Мэри, это была не защита. Это было… уничтожение. Отрицание самой сути этого места. Этой магии. — Он с трудом поднялся на ноги, опираясь на неё. Рана сочилась, но теперь это была просто рана, без следов скверны. — Этот язык рун… я видел его в деле твоей бабушки. Это язык её договора. И этот свет… он был ему противоположностью.

Он посмотрел на неё, и в его глазах читалось не только изумление, но и трепет, и холодный, пронизывающий страх.

— Твоё проклятие... Оно словно… болезнь со встроенным противоядием. Но для его активации нужен был катализатор. — Его взгляд упал на свою окровавленную руку, затем на кулон. — Моя кровь. Моя мать… Моргана… она создавала эту защиту. Она вложила в неё часть своей силы. Часть нашей крови. Видимо, чары реагируют на неё.

Он замолчал, переваривая ужасающие масштабы этого открытия. Они были связаны не просто общим делом. Его кровь, буквально, была ключом к силе, способной противостоять тьме, преследующей Машу.

— Маша… — его голос был слабым, но твёрдым. — Помоги мне добраться до машины. До агентства. Мы должны… мы должны всё обдумать. Изучить это. Потому что то, что только что произошло… это меняет всё. Абсолютно всё.

Маша кивнула, не в силах вымолвить нислова. Она спасла их. Но она же и приоткрыла дверь в нечто гораздо более сложное и пугающее, чем она могла представить. И теперь им двоим предстояло разгадать эту загадку.

Добраться до выхода из Катакомб Забвения было пыткой. Каждый шаг по скользким, залитым чёрной слизью ступеням отдавался в ране Кассиана огненной волной. Он стиснул зубы до хруста, но глухой стон всё же вырвался из его горла, когда он споткнулся о выступ.

— Держись, — шептала Маша, её голос дрожал от напряжения. Она практически тащила его, чувствуя, как его мышечная масса, обычно такая уверенная и сильная, теперь стала непосильной ношей. Её плечо уходило под его тяжесть, а её собственные ноги подкашивались от усталости и остаточного страха. — Почти вышли, почти...

Они двигались сквозь давящую тишину, нарушаемую лишь их тяжёлым дыханием и редкими, жуткими каплями влаги, падающими с низких сводов. Свет от единственного уцелевшего светового шара выхватывал из мрака ужасающие фрески, но Маша не смотрела на них. Весь её мир сузился до скрипучей лестницы, до его хриплого дыхания у неё над ухом, до необходимости не упасть.

Когда они наконец вывалились через ржавый люк на заброшенную площадь, воздух Ульгаррата, обычно такой отравленный, показался им глотком спасения. Кассиан, бледный как смерть, прислонился к мокрой стене, закрыв глаза, пока Маша, дрожащими руками, пыталась открыть дверь «Кошмара». Автомобиль, словно почуяв беду, тихо урчал, его багровые «глаза» приглушённо мигали.

Усадить Кассиана на пассажирское сиденье было новой битвой. Он почти потерял сознание, и Маше пришлось в буквальном смысле заталкивать его внутрь, борясь с его беспомощной тяжестью. Она залезла за руль, к счастью, помня основы управления, которым Кассиан показывал ей мимоходом. «Кошмар», к её облегчению, отозвался на прикосновение и рванул с места, унося их прочь от кошмарного места.