Книга Власть кошмара и дар покоя, страница 45 – Диана Эванс

Он позволил ей направлять свою руку. Его дыхание перехватило, когда он почувствовал, как зубья гребня мягко скользят по прядям, распутывая их.

— Это… похоже на управление энергией. Только… тактильное. Более простое и более сложное одновременно.

— Это просто волосы, — засмеялась она.

— Для тебя просто, — он посмотрел на неё, и в его взгляде была вся глубина его прежнего бытия. — Для меня это чудо.

Он закончил причёсываться и опустил гребень. Затем поднял взгляд на неё. В его глазах читалась новая, незнакомая ей решимость.

— Теперь моя очередь, — сказал он.

— Твой очередь? — удивилась она.

Он встал и жестом предложил ей занять его место на табурете. Она села, с любопытством наблюдая за ним. Он был так серьёзен.

— Я наблюдал, — сказал он, беря гребень. — Я запомнил угол и силу нажатия.

Его пальцы коснулись её волос. Прикосновение было робким, почти невесомым, но невероятно сосредоточенным. Он начал расчёсывать, повторяя её движения с той же тщательностью, с какой когда-то учился контролировать потоки кошмарной энергии.

— Раньше, — прошептал он, проводя гребнем по её волосам, — я чувствовал твой покой как отсутствие шума. Как тишину в центре бури. Теперь… теперь я чувствую сами волосы. Их мягкость. Их цвет, он похож на закат над полями, которые я видел лишь в чужих снах. Я чувствую тепло твоей кожи под ними.

Он замолчал, погружённый в процесс. Его дыхание было ровным, лицо спокойным. В этом простом, интимном действии было больше близости, чем во всех их прошлых болезненных соединениях. Этобыла не необходимость и не симбиоз. Это был выбор. Жест заботы, который он совершал, учась быть не тем, кем его сделали, а тем, кем он хотел стать.

— Готово, — наконец сказал он, его голос был тихим и счастливым.

Она подняла руку, коснулась своих волос. Они были идеально гладкими.

— Спасибо, — прошептала она.

— Нет, — он покачал головой, его глаза сияли. — Это я должен благодарить за этот урок. За этот… момент обыкновенного чуда.

Он опустился перед ней на колени, взял её руки в свои и прижал их к своей груди, где под тонкой кожей билось человеческое сердце. Оно стучало ровно и громко.

— Я, возможно, никогда не стану по-настоящему человеком, — сказал он. — Слишком много веков, слишком много боли позади меня находится. Но моменты вроде этого… они делают эту новую форму не клеткой, а домом. Потому что ты в нём.

Илэйн наклонилась и поцеловала его. Это был не поцелуй отчаяния или боли. Это был простой, нежный поцелуй, полный тихой радости и надежды на будущее, которое они будут строить вместе — один бывший монстр и одна бывшая пленница, нашедшие в друг друге не спасение, а возможность начать всё сначала.

Они сидели в нише с бассейном, плеская босыми ногами в прохладной воде, лишённой отражения. Стрижка Сомнуса и нежный ритуал с гребнем оставили после себя атмосферу глубокой, хрупкой интимности. Но за этим спокойствием Илэйн чувствовала витающий в воздухе вопрос, тот самый, что жёг её изнутри с момента её первого прикосновения к свиткам в библиотеке.

Он чувствовал её напряжение. Его новое, человеческое восприятие было поразительно чутким к её настроениям.

— Ты хочешь спросить, — произнёс он тихо, глядя на расходящиеся от их ног круги. — О том, как всё началось.