Книга (Не)настоящая истинная, или Избранница повелителя драконов, страница 42 – Мила Синичкина

— Да, — понимающе кивает дракон, — он знал, что читать.

«Не могу поверить, это правда. Я потомок, нашедший родственную душу в лице дракона. Мама во всем была права, — думаю счастливо. — А еще я для него настоящая истинная, а не подставная, притяжение всегда обоюдно, оно не ошибается. Теперь все будет по — другому».

Место, куда дракону срочно понадобилось полететь со мной, оказывается большой пещерой, стены в которой светятся изнутри. Очень необычное место и непростое.

— Каждый дракон должен привести сюда свою истинную, — говорит Александр и неловко замолкает. — Правда, признаться, я толком не знаю, зачем. Что — то вроде одобрения, благословения и, наверное, лишнего подтверждения абсолютной совместимости двоих, задуманной кем — то свыше.

— Красиво, — произношу мечтательно. — И здесь красиво, и ты сказал красиво. Так здорово, что на свете существуют места, подобные этому, — поддаюсь порыву и аккуратно провожу кончиками пальцев по светящейся стене. — А огоньки неострые, и на камни не похожи, как выглядят со стороны, наоборот, — немного вдавливаю подушечки пальцев в поверхность, — это словно единый материал, а не волшебные вкрапления в нем. Ай, — все — таки я нахожу острый бугорок, — не все они одинаковые, я порезалась, причем до крови.

В порыве стереть красную капельку, испачкавшую стену пещеры, я лишь добавляю алых разводов.

— Подожди, — дракон меня останавливает, — дай я, — он прикладывает мой порезанный палец к губам и слизывает кровь. — Дезинфекция от огромного ящера — самое то в лечении, — довольно усмехается, заметив мой ошалевший взгляд.

— Хм, ясно, — опускаю глаза в смущении от слишком интимного действия Александра.

Эдак наше хрупкое равновесие снова нарушится, и мы не сможем противиться притяжению, побочным действием которого является сильное физическое влечение.

— А здесь я сам сотру, — как ни в чем не бывало произносит дракон и свободной рукой пытается убрать красное пятнышко со стены, но что — то идет не так. — Ох, — он резко отстраняет свою руку, — как глупо, я тоже порезался.

— Может быть, дезинфекция от меня тоже лечебная? — произношу, жадно смотря на выступившую капельку крови на пальце Александра. А потом, не дожидаясь ответа, беру его руку и притягиваю к себе. — Ммм, — из меня вырывается довольный стон, — восхитительно, — лишь через несколько секунд до меня доходит, что я только что сделала, и я отпрыгиваю от дракона. — Это ненормально! Мне несвойственно такое поведение!

— Тшш, — он прикладывает палец к губам, — лучше смотри, — кивает на стену пещеры, — теперь свет здесь мерцает ярче. Мне кажется, это какая— то подпитка, не может эта красота сиять вечно без подзарядки.

— Кровожадно, — невольно ежусь, — и не очень романтично.

— А мне кажется, наоборот, — дракон снова притягивает меня к себе, — просто этой романтике не одну сотню, если не тысячу лет. Мы слишком зашорены современными нормами цивилизации, придуманными даже не нами, а людьми.

— С кем живешь, правила того и принимаешь. К тому же моя семья веками заключала браки с людьми, если верить рассказам мамы. Боюсь, я давно больше человек, чем представитель древней расы.

— Нет, иначе ты бы не смогла почувствовать притяжение своей родственной души, даже моя метка не помогла бы. Так что ты истинная во всех смыслах. И в какой — то степени древнее меня, — улыбается дракон.