Книга Дитя крови, страница 85 – Дарья Котова

— Что-то случилось, — наконец произнесВладыка и вновь ушел в себя. Волею Тьмы ему была дарована возможность проникать в разум всех своих подданных, но до сих пор он ни разу не пользовался ею. Когда у Ликраса не получилось найти Ленара и Анабель, он мысленно обратился к Дарру. Тот летел над лесами Сантирии. Владыка приказал ему возвращаться в убежище Ленара и отыскать его и его жену.

Только вернувшись в здесь и сейчас, Ликрас понял, что рядом с ним осталась лишь сестра.

— Марк унес детей, чтобы не мешали тебе, — ответила она на его безмолвный вопрос. — Что случилось?

— Не знаю. — Это была ложь. Он догадывался. Конечно, Ленар и Анабель были вампирами и могли блокировать его магию, однако дурное предчувствие не давало покоя. Все остальные пары вернулись в Твердыню, сегодня утром прибыла последняя — Валери и Келис с их новорожденной дочерью. Остались лишь Ленар и Анабель, только их сейчас не было в Твердыне.

— Ленар, да? — коротко спросила Мелитэя.

— Надеюсь, что нет, — ответил Ликрас и закрыл глаза. Они оба знали страшную правду.

Он плакал долго и противно, но, конечно, Шелиасу мешал не плач, а сам младенец. Как напоминание о преступлении, которое он совершил. Невинное дитя… Как его убить? Он не виноват, что родился вампиром, что вовсе родился. Он не выбирал этот путь, не просил жертв от родителей. Разве мог Шелиас взять и убить ребенка? Беззащитного плачущего младенца? А он плакал — долго, упорно, — пока не уставал. И Шелиасу было жаль его. Он презирал его родителей и не раскаивался в их убийстве, но малыша жалел. Сирота, который должен умереть.

Как быть? Убить младенца? Выполнить долг паладина? А как же долг перед совестью? Разве поднимется у Шелиаса рука? Ведь будь так, он бы не спас, а убил младенца еще во чреве матери. Но он пошел по иному пути и теперь был обязан страдать от мук совести, которая также напоминала, что это не просто младенец, а маленький

вампир

Что он когда-нибудь вырастет и будет убивать не меньше, чем его родители. И во всех будущих жертвах этого дитя будет виноват Шелиас, ведь он позволил ему жить. Однако и убить он его не мог. Много раз собирался, но рука не поднималась. Дитя еще совсем дитя…

Малыш плакал, наверняка хотел есть. Еще одна проблема. Шелиас сцедил звериной крови, но ребенок лишь плевался. Ему нужно было другое. И Шелиас прекрасно понимал

что

.

Вернуться в Рестанию было делом сложным. Шелиас не хотел посвящать всех в то, что он спас младенца-вампира. И так Кристофер знал, он точно не будет молчать. И правильно сделает, правильно… Но сейчас Шелиас почти не думал о том, что его ждет. Все его мысли были посвящены ребенку и его судьбе. Шелиас знал, с самого начала знал, что не убьет дитя. Поэтому и вез его в Рестанию — у него уже созрел план. Однако это не мешало его совести вновь и вновь мучить его. Это была та самая ситуация, в которой не существовало правильного выбора.

А ребенок все плакал и плакал.

* * *

Ликрас вызвал их к себе через две недели после того, как умер Ленар. Конечно, они точно не знали, но это был почти установленный факт. Дарру вернулся к месту убежища спустя неделю и обнаружил лишь следы светлых, о чем и сообщил Владыке, который связался с ним. Марк молча наблюдал за тем, как часто отворачивается Мелитэя, сжимая кулаки, как мрачнеет Ликрас.Он понимал, что Ленара и Анабель нет в живых — младший брат Владыки проиграл, погиб от рук паладинов. Никто не выказывал сочувствие родственникам — слабым не место среди вампиров, детей Тьмы. Но Ликрасу и Мелитэе не становилось легче от осознания этой простой истины. Марк хотел бы помочь хоть как-то, однако это было не в его силах.