Книга История любви леди Элизабет, страница 40 – Джудит Макнот

– Элизабет, – прервал Торнтонхриплым шепотом, и неожиданно его глаза улыбнулись снова, когда он протянул руку, предчувствуя победу, прежде чем Элизабет успела понять, что потерпела поражение.

– Иди сюда.

Рука Элизабет поднялась сама собой, его пальцы сжали ее, и вдруг она оказалась рядом с ним, руки, как стальные ленты, обвили девушку, теплые жаждущие губы прижались к ее губам, застыв в глубоком поцелуе. Тихий стон нарушил тишину, но Элизабет не знала, что это был ее стон. Она тянулась к нему, руки обнимали широкие плечи, прижимаясь к ним в поиске опоры в этом мире, который внезапно стал темным и беспредельно чувственным, где ничего не имело значения, кроме тела и губ, жадно приникших к ней.

Наконец, оторвавшись от ее губ, Ян продолжал обнимать девушку, и Элизабет прижалась щекой к хрустящей белой рубашке, чувствуя, как его губы касаются ее волос.

– Это оказалась даже бóльшая ошибка, чем я боялся, – сказал он и почти про себя рассеянно добавил: – Да поможет Бог нам обоим.

Странно, но именно эти последние слова, испугавшие Элизабет, привели ее в чувство. То, что, по егомнению, они зашли так далеко и им обоим нужна Божья помощь, подействовало на девушку, как ведро ледяной воды. Она вырвалась из его рук и начала расправлять складки своей юбки. Почувствовав, что силы вернулись к ней, Элизабет взглянула Яну в лицо и сказала с самообладанием:

– Ничего этого не должно было случиться. Однако, если мы вернемся в зал и сумеем побыть с гостями, возможно, никто не подумает, что мы были здесь вместе. Прощайте, мистер Торнтон.

– Спокойной ночи, мисс Камерон.

Элизабет слишком была озабочена тем, как выбраться из сада, поэтому не заметила, как Ян подчеркнуто произнес «спокойной ночи», намеренно заменив «прощайте». В этот момент она не обратила внимания и на то, что он назвал ее не «леди Камерон», а «мисс Камерон».

Выбрав одну из боковых дверей, выходящих на террасу, а не прямо в бальный зал, Элизабет повернула ручку и облегченно вздохнула, когда дверь открылась. Она проскользнула в комнату, бывшую, видимо, небольшой гостиной и имевшую в противоположном конце дверь, ведущую, как она надеялась, в пустой холл. После относительной ночной тишины дом, казалось, сотрясался от какофонии смеха, голосов и музыки, которую с трудом переносили ее натянутые нервы, пока Элизабет на цыпочкахпроходила по гостиной.

Удача, видимо, улыбалась ей, потому что в холле никого не было, и, оказавшись там, она передумала и решила пойти в свою комнату, где могла бы быстрее прийти в себя. Элизабет торопливо поднималась по лестнице и как раз переходила площадку, когда до нее донеслось с нижней лестницы, как Пенелопа удивленно спросила:

– Кто-нибудь видел Элизабет? Мы сейчас идем ужинать, и лорд Хауэрд желает сопровождать ее.

По наитию свыше Элизабет торопливо пригладила волосы, встряхнула юбки и про себя помолилась, чтобы она не выглядела так, как будто всего несколько минут назад имела запретное тайное свидание в беседке.

– Я думаю, – холодно сказала Валери, – что последний раз ее видели, когда она выходила в сад. И, кажется, мистер Торнтон тоже исчез.

Валери замолкла от удивления, видя, как Элизабет с достоинством спускалась по лестнице, по которой она всего минуту назад взлетела вверх.

– Боже мой, – сказала Элизабет, улыбаясь Пенелопе, а затем Валери. – Не понимаю, почему жара кажется такой тягостной сегодня, я думала спастись от нее в саду, а когда это не помогло, пошла наверх, чтобы немножко прилечь.