Книга История любви леди Элизабет, страница 247 – Джудит Макнот

Так как Элизабет ахнула, увидев его, притворяться спящей было бесполезно. Молча, со страхом смотрела она, как он направляется к ее постели. Молча, Ян сел на край постели, и Элизабет увидела стакан в его руке. Он поставил его на столик у кровати, затем протянул руку и поправил подушки так, что Элизабет ничего не оставалось, как сесть, опираясь на них спиной.

– Выпей это, – приказал Ян спокойным тоном.

– Что это? – с подозрением спросила она.

– Бренди. Это поможет тебе уснуть.

Он смотрел пока она пила, и когда заговорил снова, в голосе звучала нежность и улыбка.

– Поскольку мы исключили другого мужчину как объяснение всего этого, мне остается только предположить, что-то случилось в Хейвенхерсте. Так?

Элизабет ухватилась за этот предлог, как будто это была манна небесная.

– Да, – прошептала она, энергично кивая.

Наклонившись, он поцеловал ее в лоб и шутливо сказал:

– Позволь мне догадаться – ты обнаружила, что тебя обсчитали на мельнице? – Элизабет подумала, что умрет от мучительной для нее его нежности, когда он ласково подшучивал над ее бережливостью. – Не на мельнице? Тогда это булочник, он отказался снизить цену, когда ты купила две булки вместо одной?

Слезы подступали к ее глазам, предательски готовые пролиться, и Ян видел их.

– Настолькоплохо? – пошутил он, глядя на подозрительный блеск в ее глазах. – Тогда, должно быть, ты превысила свои расходы. – Когда она не ответила на осторожные вопросы, Ян улыбнулся и утешил ее. – Что бы это ни было, мы завтра вместе в этом разберемся. – Его слова прозвучали так, словно он собирался остаться, и это испугало Элизабет, поэтому она вышла из состояния тупого горя, чтобы сказать, задыхаясь:

– Нет… это каменщики. Они обходятся намного дороже, чем я… я ожидала. Я истратила часть моих личных денег на них, сверх того займа, что ты дал мне на Хейвенхерст.

– О, так это каменщики? – улыбнулся он, посмеиваясь.– Тебе надо, конечно, приглядывать за ними. Из-за них ты попадешь в работный дом, если не будешь проверять известь, за которую они берут с тебя деньги. Я поговорю с ними утром.

– Нет! – невольно воскликнула она, в отчаянии стараясь что-то придумать. – Как раз это меня так расстраивает. Я не хотела, чтобы тебе пришлось вмешиваться. Хотела все сделать сама. Я сейчас все устроила, но это отняло все силы. И поэтому я поехала к врачу, узнать, почему я чувствую такую усталость. Он… он сказал, что у меня все в порядке, я приеду домой в Монтмейн послезавтра. Не дожидайся меня здесь. Я знаю, как ты сейчас занят. Пожалуйста, – в отчаянии попросила она, – позволь мне сделать так, прошу тебя!

Ян выпрямился и озадаченно с недоверием покачал головой.

– Я бы отдал свою жизнь за твою улыбку, Элизабет. Тебе не надо ни о чем просить меня. Однако я не хочу, чтобы ты тратила свои деньги на Хейвенхерст. Если ты будешь, – солгал он шутливо, – я, может быть, буду вынужден урезать твои карманные деньги. – Затем, уже более серьезно, сказал: – Если тебе еще нужны деньги на Хейвенхерст, так скажи мне, но твои деньги ты должна тратить исключительно на себя. Допивай свое бренди, – ласково приказал он, и когда она выпила все, еще раз поцеловал ее в лоб. – Оставайся здесь, сколько нужно. У меня есть дело в Девоне, которое я откладывал, потому что не хотел оставлять тебя. Я поеду туда и вернусь в Лондон во вторник. Хочешь приехать ко мне туда, а не в Монтмейн? – Элизабет кивнула. – И еще одно, – закончил Ян, внимательно изучая ее бледное и взволнованное лицо. – Ты даешь слово, что доктор не нашел у тебя ничего страшного?