Книга История любви леди Элизабет, страница 113 – Джудит Макнот

Девушка увидела, как Ян отхлебнул кофе, и его глаза расширились от изумления – он начал жевать кофе.

Элизабет, пошатываясь, встала, расправила плечи и хрипло сказала:

– Я всегда хожу прогуляться после завтрака. Извините.

Не переставая жевать, Ян смотрел, как она выбежала из дома, затем с облегчением избавился от забившей ему рот кофейной гущи.

Завтрак, приготовленный Элизабет, избавил Яна от чувства голода; даже сама мысль о еде заставляла бунтовать его желудок, когда он направлялся к амбару проверить ногу Мейхема.

Торнтон прошел часть пути, когда увидал ее слева, на склоне холма среди колокольчиков, сидящей, обхватив руками колени и прижавшись к ним лбом. Несмотря на волосы, сияющие на солнце, как только что отлитое золото, она представляла собой картину разрывающего сердце уныния. Ян собирался отвернуться и оставить ее в печальном одиночестве, затем со вздохом раздражения передумал и начал спускаться к ней вниз по холму.

Не доходя нескольких ярдов, он понял, что ее плечи тряслись от рыданий, и удивленно нахмурился. Совершенно очевидно не было смысла притворяться, что завтрак был удачен, поэтому, добавив к голосу нотку шутливости, сказал:

– Я восхищаюсь вашей изобретательностью – если б вы застрелили меня вчера, это была бы слишком быстрая смерть.

От звука его голоса Элизабет сильно вздрогнула. Подняв голову, она смотрела в сторону, влево, отвернувшись, чтобы он не видел ее заплаканного лица.

– Вам что-нибудь нужно?

– Десерт? – предположил Ян шутливо, слегка наклоняясь, чтобы рассмотреть ее лицо. Ему показалось, что он увидел, как грустная улыбка скользнула по ее губам, и продолжил: – Я подумал, что мы могли бы взбить сливки и положить их на печенье. Потом мы можем взять, что останется, смешать с остатками яиц и использовать при починке крыши.

Она засмеялась сквозь слезы, прерывисто вздохнула, все еще отказываясь посмотреть на него, и сказала:

– Меня удивляет, что вы совсем не сердитесь за это.

– Нет смысла плакать из-за подгоревшего бекона.

– Я плакала не из-за этого, – ответила она, чувствуя себя глупой и сбитой с толку.

Перед ее глазами появился белоснежный носовой платок, Элизабет взяла его и приложила к мокрым щекам.

– Тогда почему вы плакали?

Зажав в руке носовой платок, она смотрела прямо перед собой, ее взгляд сосредоточился на окружающих холмах, усыпанных колокольчиками и боярышником.

– Я плакала о моем собственном несоответствии и неумении управлять своей жизнью, – призналась Элизабет.

Слово «несоответствие» удивило Торнтона, и Ян подумал, что для пустой маленькой кокетки, какой он ее считал, у нее был исключительно богатыйсловарный запас. Элизабет посмотрела на него, и перед глазами Яна оказалась пара зеленых глаз изумительного цвета мокрых листьев. Слезы еще блестели на ее длинных темных ресницах, длинные волосы завязаны сзади, как у девочки, бантом, а лиф платья обрисовывал пышную грудь, она представляла собой картину очаровательной невинности и опьяняющей чувственности. Ян оторвал взгляд от ее груди и резко сказал:

– Я пойду нарубить дров, чтобы вечером у нас был огонь. А потом собираюсь наловить рыбы на ужин. Полагаю, вы найдете себе развлечения на это время.

Удивленная его неожиданной резкостью, Элизабет кивнула и поднялась, подсознательно заметив, что он не предложил руку, чтобы помочь ей. Ян уже уходил, но повернулся и добавил: