Книга Кофейная Вдова. Сердце воеводы, страница 125 – Алиса Миро

Враги услышали грохот саней.

Отряд человек в двадцать развернулся, перекрывая дорогу. Вскинули луки.

— Стоять! — донеслось ветром. — Стрелять буду!

— Прорываемся! — Марина скомандовала ледяным тоном. — Игнат, огонь!

Она схватила первый горшок. Фитиль, пропитанный маслом.

Игнат чиркнул огнивом, поднес факел.

Фитиль вспыхнул злым, коптящим пламенем.

— Дави их, Кузьма! — заревел кузнец.

Тройка тяжеловозов, чувствуя приближение драки, перешла в карьер. Обитые железом сани превратились в таран.

Стрела ударила в борт, дзинькнув о металл. Другая просвистеланад ухом Марины.

— Лови гостинец! — крикнула она и швырнула горшок.

Он описал дугу и рухнул прямо под ноги передним рядам ратников.

БАХ!

Керамика разлетелась. Спирт, смешанный с маслом и дегтем, вспыхнул мгновенно.

Огонь был не просто горячим — из-за полыни и соли он горел зеленовато-синим, жутким светом.

Запахло паленой шерстью и ужасом.

Лошади врагов шарахнулись. Люди закричали.

— Ведьма! Огнем жжет!

— Дорогу! — ревел Игнат, швыряя второй горшок, а за ним — горсть гвоздей-ежей под копыта.

Сани влетели в строй врага.

Удар!

Кого-то отбросило плечом коня. Кто-то попал под кованый полоз.

Игнат, стоя во весь рост, раскрутил молот и опустил его на подставленный щит. Треск дерева перекрыл вой ветра.

— Наших бьют! — орал Кузьма, паля из самострела в упор.

Они прошили заслон насквозь. Огонь и паника сделали свое дело — засада рассыпалась.

— Не останавливайся! — кричала Марина. — К костру!

Сани вылетели на открытую поляну.

В центре, у подножия огромного валуна (Черного Камня), сбились в кучу люди и кони.

Зрелище было страшным.

От дружины Воеводы осталось человек десять. Кони пали или разбежались. Оставшиеся солдаты стояли кругом, выставив щиты. Но враг был не снаружи. Враг был внутри них.

Они замерзали.

Огонь костра едва тлел. Люди двигались как во сне, медленно, заторможенно.

Один из них, высокий, в богатом, но изодранном кафтане, стоял, опираясь на меч. Он был без шапки. Волосы посеребрил иней.

Глеб.

Вокруг круга защитников, на границе света и тьмы, стояли Белые. Десятки фигур. Они просто ждали, когда догорит последняя ветка.

— Глеб! — закричала Марина, когда сани, вздымая снежные вихри, влетели в круг, давя нечисть шипованными полозьями.

Воевода поднял голову.

Его лицо было серым, глаза ввалились. Он посмотрел на сани, на Игната с молотом, на Марину с горящим факелом…

И в его глазах мелькнуло узнавание. И неверие.

— Марина?.. — его губы едва шевелились. — Откуда…

Сани затормозили боком, закрывая собой людей от ветра.

Марина выпрыгнула на снег.

— Не болтать! — рявкнула она, включая режим «Реанимация». — Игнат, мешки!

Кузнец выбросил из саней кожаные бурдюки с известью.

— Воды туда! Живо! И снега!

Солдаты смотрели на них тупо. Они не понимали.

Марина подскочилак Глебу. Схватила его за грудки, встряхнула.

— Очнись! Мы не морок! Мы свои!

Она сунула ему под нос открытую флягу со спиртом.

— Пей!

Глеб глотнул. Закашлялся. Жизнь плеснула в глазах.

— Ты… — прохрипел он. — Ты сумасшедшая… Там же засада…

— Мы её проехали. Игнат, пошло?

— Кипит! — заорал кузнец.

Известь, смешанная со снегом, начала разогреваться с шипением. Мешки стали горячими, как печки.

— Разбирайте! — Марина швырнула один горячий мешок ближайшему солдату. — Под тулупы суйте! Грейтесь! Только кожу не обожгите!