Книга Дыши нами, пока есть время, страница 99 – Иоланта Палла

Светлана

Мне тепло. Очень комфортно. Хочется нежиться в его объятиях, пусть и в душе происходит какой-то тянущий диссонанс. Я пришла сама, потому что захотела. Меня потянуло именно к нему, ведь, как бы больно я его не задевала, он мне помогал. Сейчас больше всего хотелось остановить время. Задержать чертовы стрелки, чтобы впитать в себя каждую эмоцию. Пусть некоторые из них были противоречивы настолько, что я готова была забиться в угол и плакать, но удовольствие и спокойствие, которое я испытывала в руках Леши, уносили меня куда-то далеко от всего катастрофического негатива, которым пропиталась моя жизнь.

Я уже давно перевернулась и смотрела на его лицо в темноте. Хотела запомнить каждую черточку. Для портрета.

Так себе это объясняла, хотя знала настоящую причину.

Никогда не чувствовала к парню ничего подобного. Когда хочется одновременно убить дикаря и прижаться к нему.

Наплевать, что мы находимся в маленькой холодной комнатушке, не видевшей ремонта пару, а то и больше, десятков лет. Все равно, что хлипкую дверь можно запросто вскрыть или вынести одним лишь пинком. С ним я чувствовала себя защищенной. Словно меня прикрыли от всех непробиваемым колпаком.

Прикусываю губу, потому что жутко хочется дотронуться до него, провести пальцами по щекам и ниже… Но когда я уже понимаю руку, слышу, что в сумке начинает вибрировать телефон. В оглушительной тишине он кажется набатом. Я прикрываю глаза и убираю руку.

Надо уснуть. Просто не замечать звонков.

Только не получается. Вибрация так бьет по ушам, что я не выдерживаю. Тихонько убирая сильные руки со своей талии и выбираюсь из уютного кокона, в который меня поместил Леша. На цыпочках подхожу к сумке и ищу айфон. Не моргая смотрю на экран. Пропущенных вызовов от отца целых пятьдесят три. Снова звонит, и я поворачиваю голову к кровати.

Он спит, как убитый, а я губы кусаю, потому что не хочу отвечать.

Внутри против воли поднимается волна страха. Папа не спит, хотя на часах три часа ночи. Значит, ищет меня.

Стоит этой мысли обосноваться в моей голове, как на телефон поступает сообщение.

Если ты немедленно не выйдешь, то я сам войду, и тогда…

Дочитывать я не стала. Руки пробило мелкой дрожью. Прикрыла глаза и медленно выдохнула. Даже сейчас они неоставляют меня в покое. Зачем изображать заботу, если ее нет?

Зачем выслеживать?

Хотя глупо задавать себе такие вопросы. Папе не выгодно, чтобы его дочь связалась с таким парнем, а уж если эта информация попадет в СМИ…

Быстро скидываю с себя вещи и складываю их на стул. Иду к двери, возле которой оборачиваюсь, и бросаю на дикаря последний взгляд.

Я бы с удовольствием проспала в его объятиях до самого утра, но если останусь, то папа поднимет здесь каждого жителя, а уж, что с ним сделает, даже представить страшно.

Еле слышно выхожу из комнаты и прикрываю за собой дверь. Тут же ежусь от холода, который пробирает до костей. Пиджак не помогает совсем.

С гнетущим чувством спускаюсь вниз и тут же вижу машину около подъезда. Этого хватает, чтобы каждый нерв натянулся до предела. Стук каблуков об асфальт так сильно бьет по вискам, что перед тем, как сесть в автомобиль, я несколько раз вдыхаю и выдыхаю.

— Я думал, у меня разумная дочь. — Сразу же бросает он с соседнего места.