Книга Мой любимый хулиган, страница 43 – Иоланта Палла

Вкусно до отвала носа. Честно.

— Больше туда не пойдешь, — выдает, и моя челюсть отвисает.

Вовремя ее подбираю, чтобы изо рта ничего позорно не вывалилось. Проглатываю.

— Пойду, потому что это единственная работа, которую я могу себе сейчас позволить и потерять ее не могу.

Сжимает челюсти, прищуривается и подается вперед.

— Мало? Хочешь еще раз нарваться на таких ублюдков? — каждое слово, будто выплевывает.

Поджимаю губы. Нет. Не хочу. Мне бы от этой схватки отойти и состыковать милого и опасного Стрельника в одну личность.

— То-то же, — отворачивается, пьет какао.

— Я не из вредности это делаю, а из-за необходимости. Мне нужно матери помочь. Она вкалывает на двух работах и уже не вывозит.

Шумно выдыхает.

Ему не понять, что некоторым нужно убиваться на работе, чтобы прожить. Как побитая собака, смотрю на клубнику. Даже эта сладость наверняка влетела ему в копеечку. И если на моем бюджете отразиться подобная покупка, то на его вряд ли. Плечи опускаются.

— Могу взять тебя к себе охранником, — произносит вполне серьезно.

Поднимаю голову.

Парни сбежали, когда я разоралась и начала махать битой. Покрутили около виска прежде, чем скрыться за зданием. Так себе характеристика для резюме.

— Не боишься? Я же больная.

— Не страшно. Моя психиатрия твою уже приняла, как родную, — вгоняет в краску, заправив выбившуюся прядь волос мне за ухо. — Но работенку придется сменить, Сирена.

Роман

Лежу пластом на кровати. Таращусь в потолок с идиотской улыбкой на побитом лице. Костяшки ноют. Губу саднит. В груди вибрирует.

И думаю я вовсе не о том, как мог начистить физиономии тем шакалам, а о Сирене. Ее испуганные глаза и грозный вид, с которым она активно махала битой, впечатались в память и не хотят исчезать.

Мне нравится эта девчонка.

Чем?

Не похожа на других. Ее порывы искренние. Она не пытается мне понравится и не стыдится выглядеть смешно или глупо.

Что бы на ее месте сделала другая?

Спряталась бы в машине, охала и ахала, может, даже всплакнула бы и восторгалась тем, что я всех побил такой вот «молодец» во всех смыслах этого слова, но не Потапова.

А как она клубнику жевала…

Чёрт!

Переворачиваюсь на живот и вжимаюсь лицом в подушку, чтобы прогнать прочь иллюзию, которую подкидывает мне гнусная фантазия. Издевательство…

Тянусь к телефону, захожу в переписку с Леной и вижу, что чертовка тоже не спит.

Меньше часа прошло с того момента, как я отвез ее домой.

Сбежала без лишних сантиментов, а я и не держал, хотя хотелось ее потискать и ощутить тепло девичьего тела.

Нажимаю кнопку вызова. Должна ответить. Она не будет мариновать, а в лоб скажет…

— Что тебе надо, Бэтмен? На часы смотрел? Ой, подожди, — хмыкает, — угадаю. Соскучился по мне? — говорит с ехидством, а я еще больше растягиваю губы в улыбке, да так, что рана трескается сильнее.

Провожу по ней языком и чувствую привкус крови. Черт.

— А ты обо мне думала, поэтому не спишь? Угадал, — лыблюсь, представляя, как смешно Сирена сейчас морщит нос, а может и глаза закатывает, хотя нет, последнее не про нее.

Скорее всего прищуривается и представляет, как меня душит.

Я бы даже пожертвовал своей шеей, чтобы ощутить прикосновение тонких пальчиков. Р-р-р.

— Угадал. Вспоминала, какой ты надменный.

— И беззаботный, — хмыкаю.

В связи с последними событиями ее высказывание задевает не так сильно, как в первые минуты.