Книга Мой любимый хулиган, страница 3 – Иоланта Палла

— Нет. Мы уже уходим, — пока Кротовская лицемерит, я прощаюсь с Любимой и выхожу из библиотеки.

Кисти мелко дрожат. В горле пересохло, но я настроена решительно. Теперь Инга меня в покое не оставит. Не уверена в это на сто процентов. Интуиция верещит, поэтому я смело сворачиваю к лестнице и поднимаюсь на второй этаж, открывая по дороге галерею. Проверяю сохранилось ли видео с компроматом на Кротовскую и ее прихвостней.

Ура!

Все на месте. Даже улыбка крадется на лицо, но мое счастье длится недолго. На последней ступеньке я сталкиваюсь с группой парней. Один из них практически сбивает меня с ног. Приходится схватиться рукой за перила. По второй кисти прилетает крепким плечом, и смартфон выскальзывает из пальцев. Я с открытым ртом наблюдаю, как он падает вниз. Дзынь!

Разлетается на части.

— Неужели не видишь, куда прешь⁈ — сжимаю кулаки и толкаю ими виновника трагедии. — Ты мой телефон угробил!

Внутри клокочет от злости. Вот как теперь наглую компанию на место поставить⁈

Я поднимаю голову и замираю, ведь передомной стоит Роман Стрельник. Смотрит так, словно я с минуты на минуту полечу следом за смартфоном. И скорее всего головой вниз.

— Ромыч, тебя уже поклонницы пытаются с ног сбить, — угарает кто-то из его дружков у меня за спиной.

Шумно сглатываю. Будет слишком позорно выглядеть, если я сбегу?

— Какая цаца, — улюлюкает уже другой парень, пока я откровенно пялюсь на главного хулигана школы.

— Цаца у тебя в штанах, а я — девушка, — огрызаюсь, не глядя на того, кто «умничает». — Я жду извинений, как минимум, — это уже адресовываю Роману, который вопросительно поднимает бровь на мой выпад.

— Ты не смотришь перед собой, а я должен извиниться?

И голос у него… Боже… Мои ватные колени пеплом осыпаются на ступени. Крепче сжимаю перила и задираю нос. Я потеряю самоуважение, если трусливо стану мямлить или сбегу. Назвалась груздем, как говорится…

— Получается, и ты перед собой не смотришь, раз чуть не затоптал.

— Хм.

— Парни должны делать первый шаг, — намекаю на то, чтобы поторопился с извинениями.

Глупо, конечно. Где Стрельник, и где джентльменские порывы…

— Извини, — усмехается, обходя меня, — я на тренировку опаздываю.

Улыбка, которая уже ползла на лицо, медленно стекает вниз. Поворачиваюсь. Наглец уже успевает спуститься на этаж ниже. Его дружков нет, и я даже не заметила, когда они так тихо ушли.

— Стоп, — ворчу под нос, — а кто мне ущерб возмещать будет?

Если мама узнает, что я телефон угробила, прибьет. У нас сейчас итак туго с финансами.

Отлипаю от перил и бегу следом за Романом. Вот только скорость у него, как у спринтера!

Успевает исчезнуть из поля зрения.

— Да, черт… — оказавшись на первом этаже, пытаюсь найти телефон, но он, как свозь землю провалился!

Упираюсь руками в бока.

И кто стащил его?

Инопланетяне?

— Украли, — мама качает головой, — в автобусе или на остановке. У людей вообще не осталось ничего святого.

— Потеряла, — в который раз повторяю я, но она меня не слышит, отворачивается к плите и продолжает помешивать суп.

Что я еще должна была сказать?

Что разбила в дребезги смартфон? Что охранник никого не видел, и камеры не работают в том закутке? Что я теперь без средства связи с внешним миром?

А там между прочим не только компромат на Кротовскую находился, но и фотки с инфой из учебников. Я хотела дополнительно почитать. Вдруг Зинаида Петровна спросит. Ей нравится валить учеников вопросами вне программы.