Книга Подарок судьбы, страница 26 – Любовь Хилинская

Никогда я не ощущала себя настолько одинокой, как сейчас, несмотря на наличие рядом малыша. Он был слишком мал, чтобы составить мне компанию в моих мыслях, и я даже поговорить порой не имела возможности за целый день, не считая глупых воркований с ребенком.

Мы договорились встретиться сегодня, чтобы не тянуть время.

До обозначенного часа я не могла найти себе места, ходила туда-сюда, прикидывала, могу ли я забрать отданные мне вещи или оставить их тут, как отблагодарить Диму за помощь, согласится ли Даня на это, где мы будем жить, как решим вопрос с отцовством, ну и в целом размышляла о будущем.

Наконец, часы показали девятнадцать, и я, взяв малыша, уложила его в коляску и выкатила из дома, осторожно спустив по трем ступенькам вниз.

Передний двор у Димы был выложен плиткой, по двум сторонам у забора росли высокие кипарисы, загораживающие от любопытного взгляда, под навесом размещались большие качели, в которых было здорово сидеть теплыми вечерами и слушать птиц, но сейчас я прошла мимо и оказалась на улице.

Из припаркованной дорого выглядевшей машины вышел Даниил, увидев меня. Он улыбнулся широко, затем перевел взгляд на коляску.

Сердце забилось гулко и часто, слюна стала вязкой, и я даже не сразу смогла сказать ему «привет».

— Привет, — отозвался он, глядя на спящего сына. — Ух, какой щекастый! На тебя похож.

— И на тебя, — я несмело приблизилась,ощущая от мужчины все тот же привычный запах духов.

Сейчас я не понимала, могу ли я обнять его, слишком многое стояло между нами, и он сам не спешил этого делать, любуясь малышом.

— Смотрю, ты с моей квартирки в богатую хату съехала, — наконец, покосившись на меня, произнес каким-то странным тоном отец моего ребенка.

Моргнув от обиды, я резко вдохнула, затем выдохнула и произнесла:

— Нас выгнали с твоей квартиры, Даня. И она оказалась не твоей.

Резкие слова могли обидеть, но ничего другого мне просто не пришло в голову.

— Вы, бабы, как кошки, в любой ситуации приспособитесь, — хмыкнул он в ответ, поворачиваясь ко мне. — А я все думал, куда ты свалила. Что за дом? Хахаль твой? Я пробил, он врачу принадлежит с роддома. Давно ты с ним спуталась? Пацан-то от меня в итоге или от него?

У меня не было слов просто, я даже отшатнулась от этих обидных фраз, не понимая, как и что отвечать. Внутри словно обожгло, прокатившись огненной волной от затылка до пят, воздух застрял в горле, и я закашлялась, разбудив малыша. Он закряхтел, открыл глазки, затем завопил, резко двигая ручками и ножками.

Пришлось вынуть сына из коляски, приложить его к плечу и успокаивающе погладить по спинке. Даниил при этом молча стоял рядом, сверху вниз разглядывая нас, как обезьян в цирке.

— Это дом доктора, который приютил нас, когда мне некуда было идти! — резко прошипела я, понимая, что все время слишком идеализировала этого человека. — Ты же исчез! Оставил меня без гроша в кармане, беременную! В чужой квартире, за которую было не заплачено!

— Ты мне предъявить хочешь, я не понял? — нахмурился мужчина, прищуриваясь и глядя на меня с каким-то странным выражением лица.

— А что, ты считаешь, мне нечего тебе предъявлять? — с вызовом задрала я подбородок.

— Да ты сама кувыркаться хотела, ноги раздвигала, — он сплюнул. — Нахера залетела-то? Я вообще детей не хотел.