Онлайн книга «Неуловимая звезда Сен-Жермена»
|
– Ты так сказала. А он сказал об этом тебе. – А почему же он был так откровенен со мной? – Потому что поверил тебе. Неужели ты забыла об этом? – Увы, Ларион, увы. Так чем он хорош, этот большой белый человек, этот великан? – Он из той породы людей, что могли жить вечно. Если он вообще человек, подобный нам. А может быть, он полубог? Так говорила ты. Если бы гордыня не охватила его великий народ и они не стали убивать друг друга, они бы населили всю землю. – Так он знает загадку вечной жизни, этот белый человек? – Да, но он не открывает ее никому. А тебе открыл. А ты обещала и мне ее открыть, чтобы мы жили с тобой вечно. Вот было бы счастье, правда? Чудесная сказка, Агафьюшка… – И за что же мне такая честь? – вдруг слишком резко спросила она, вновь глядя на Юрия. – Почему именно я? Почему он не скрыл от меня своих тайн? – Потому что ты – избранная. – И где он живет в Шамбале? – В храмовой пещере. – В какой пещере, Ларион? В каком храме? – Не знаю, ты не сказала. А может быть, и сказала, но я забыл. Ты же летала во сне. Как я могу все упомнить? Ведь это было так давно. – А не надо было забывать, Ларион, не надо. – Ладно – я. Твой вечный слуга, помощник и слушатель твоих небылиц. Но как ты могла обо всем этом забыть? – Склероз. Или Альцгеймер. – Ты никогда так не разговаривала со мной. – А зря. – Постой, или ты… – Что «или я»? Илларион Савельевич мучительно заворочался, даже застонал во сне. – Нет, нет! – почти зарыдал он. – Быть такого не может! Быть такого не может! Почему у тебя в корзинке вместо грибов – камни и пепел? И где твое белое платье? Почему ты в серебре? И что с твоими глазами? Почему они колют меня и жгут? И почему они горят дьявольским зеленым огнем? Агафья?! – Потому что это не Агафья, глупый! Старый дурак! Лилит быстро соскочила с постели, обошла ее, подошла к сыну спящего пожилого человека, неподвижно стоящему у стены, и его полуживой от страха подруге. Та просто дрожала перед ней, коленки Жанны тряслись, и она никак не могла справиться с собой. – Спасибо тебе, Юра, – сказала гостья и, став тише, провела внешней стороной пальцев по щеке Горчакова-младшего: – Увидимся, мальчик, однажды. Скажете хоть что-нибудь вашим новым дружкам, старику и крепышу, пожалеете. А ты, сучка, помнить будешь меня всю жизнь. Помнить и бояться. Ясно тебе? Жанна, у которой по щекам катились слезы, кивнула. – Хорошо. И благодарить будешь, что с головой осталась. Потому что я узнала все, что мне было нужно. А пока что пока! На мгновение она остановилась перед зеркалом, а потом сделала шаг вперед и утонула в нем. И стала тенью, как и тот громила, что дожидался ее в зазеркалье. Они двинулись прочь и скоро пропали в сумраке и глубине другого измерения. Как будто их и не было. Впрочем, Юрию Горчакову так именно и казалось, что их не было, что это часть ночного кошмара. – Иди в мою комнату, потом все расскажу, – приказал он подруге. Жанна смотрела перед собой слепыми глазами. – Эта женщина ушла через зеркало? – Уходи, говорю. И не вздумай никому звонить. – Это было? Правда? Юрий грубо взял подругу за локоть и подтолкнул Жанну к дверям. – Уходи! Сейчас он проснется! – Да, хорошо. Хорошо… Она на ватных ногах вышла. Юрий Горчаков еще стоял, замерев у стены, и тупо смотрел на хрипящего, ворочающегося, измученного беседой отца. Только вот ноги не слушалась – она как будто загипнотизировала его, лишила сил. Но ведь она умела это, и Юрий Горчаков хорошо знал о ее способностях. |