Онлайн книга «Она пробуждается»
|
Обычно течет кровь. У этой курицы крови не было. Во сне у Санду это вызвало отвращение. Он сбросил птицу с колоды. Перекрестился. Отшвырнул труп ногой. Обезглавленный труп поднялся и ушел. Санду проснулся и услышал, как с горы, завывая, несется ветер, который его жена называла «ветром Гекаты». * * * Тасос Катсимбалис спал в своем доме в Афинах, и ему снился его друг – Джордан Тайер Чейз. Он видел, как из темного моря, в котором отражались сияющие звезды, поднялся остров, целиком состоявший из одного утеса. На его вершине, освещенной факелами, группа обнаженных женщин – молодых и стройных гречанок – голыми руками разделывали огромного черного быка. Их было так много, что они прижали его к земле и стали рвать на части. Пили его кровь и ели живую плоть. Бык ревел. Тасос видел, как они спускаются с горы, унося с собой куски мяса. Бык, окровавленный и искалеченный, встал на задние ноги, дымящиеся внутренности вывалились из живота. Постепенно он начал превращаться в человека. И этим человеком оказался Джордан Чейз. Тасос помахал Чейзу рукой, а Чейз помахал ему в ответ. После чего исчез. * * * В Гераклионе Лейле Наркисос снилось, что она лежит обнаженная, а вокруг бушует шквальный ветер, свирепая песчаная буря. Она равнодушно наблюдала, как эта стихия обрушивается на нее, как горячий ветер превращает ее в прах. Затем она возродилась. Внезапно стало тихо, и она лежала в темноте. Одновременно и в номере отеля в Гераклионе, и на неизвестной горе. Могущественная. Жестокая. Неумолимая. Доджсон Миконос Они сидели в баре «Закат» в квартале Маленькая Венеция и слушали, как тихий шелест волн разносится в жарком вечернем воздухе. Над головой у Доджсона с бельевой веревки свисал осьминог, которого оставили здесь сушиться. До него доносились запахи жареного на мангале мяса и моря, находившегося всего в нескольких футах. Ночь обещала быть не холодной и не жаркой. Раскаленное солнце клонилось к горизонту. Из больших колонок на улице лилась и разносилась над морем романтичная музыка. Вдали слышались крики цветочника. «Покупайте цветы у цветочника!» Этот крик знал каждый, кому приходилось бывать на Миконосе, и Доджсону он казался почти родным. Через пару минут из-за угла должен был появиться сутулый старик с мощными плечами, седыми волосами и огромной плетеной корзиной за спиной. Туристы начнут фотографировать его, а он – широко улыбаться в объективы камер. Если не считать ветряных мельниц и пеликанов, которые бродили по причалу в гавани, чаще всего в этом городе фотографировали цветочника, и на его лице постоянно играла непринужденная улыбка. Похоже, что этот человек любит свою работу. Половину времени он занимается тем, что раздает цветы. Доджсон ему даже завидовал. К его удивлению, здесь почти ничего не изменилось. Когда-то давно богатые иностранные путешественники обнаружили этот остров, деньги потекли сюда рекой – большие деньги от очень ограниченного круга людей, и долгое время остров оставался частным курортом, пока сюда не хлынули толпы туристов. Возможно, именно по этой причине перемены на Миконосе происходили не так резко, как на других островах. Теперь здесь появились новые отели, но их было не слишком много, и до сих пор остались люди, вроде этого цветочника, или рыбаков, которые каждое утро выходили в море на своих лодках и отдыхали в своем собственном баре, или пожилых женщин, которые каждое утро встречали фургоны с едой, а потом днем сидели и вязали на узких, извилистых, мощеных булыжником улицах, или фермеров и погонщиков ослов. Доджсону казалось, что, пускай новый мир и наступал по всем фронтам, старый еще не сдавал позиций. По крайней мере, на тот момент. |