Книга Танзания без тормозов, или Вынос мозга по-африкански. Записки путешественника, страница 76 – Елена Блосфильд

На обратном пути я случайно забрела на рынок и, купив помидоров для украшения скромного ужина в отеле, повернула к дороге, но, присмотрев себе маленькие манго, которые лежали на столе в виде нескольких пирамид, спросила цену. Женщина ответила что-то странное. Я попыталась уточнить: за одну штуку или за килограмм, но не поняла ее ответ (африканский вирус завладел моим мозгом!). Тогда я просто протянула ей требуемую мелкую купюру. Она осторожно уложила манго в огромный пакет. Я ее поблагодарила и ушла. Каково было мое удивление, когда она догнала меня и сунула в руку сдачу, которой хватило бы еще на один такой же пакетище манго. Так что она назвала мне цену не за штуку, не за килограмм, а за целую пирамиду чудесных сладких плодов!

Я не могла тащить на себе несколько килограммов манго. Неизвестная африканская болезнь отнимала последние силы. Меня лихорадило, а глаза гноились… Обратно из деревни в город решила ехать на такси, потому что даладала отправляется, только когда полностью заполнится под завязку. Если будете в Африке (разве что кроме арабских стран), никогда не садитесь в раздолбанную машину, так как в противном случае рискуете за свои же деньги задохнуться. Все выхлопы вместе с вонью бензина и масла валилив салон – стёкла, естественно, на заднем сиденье не опускались. Водитель решил схитрить и сказал, что те деньги, которые он попросил, – это за довоз до развилки, а если дальше в город – то нужно заплатить ему столько же. Я не стала спорить. Счастьем было выйти на полпути и доползти к отелю с тяжелым пакетом. Потому что в машине у меня было чувство, что я уже почти умерла.

В полубреду я заказала ужин, надеясь обрести вместе с пищей силы, и отключилась. Комары ночью, как обычно, пробрались через москитную сетку, но я не обратила на них внимания, находясь почти без сознания, забыв помазаться противомоскитным кремом местного производства. Поэтому ночью маленькие вампирчики опять попили моей кровушки.

Выйдя из даладала около белой мечети с четырьмя невысокими минаретами, приятно пройтись по мощеной булыжником старой улице, которая имеет в Уджиджи историческое значение. Здесь жил Дэвид Ливингстон – знаменитый исследователь Африки и миссионер. Заглянув в его дом-музей, можно продолжить свою прогулку к озеру Танганьика, к пляжу, где очень опасно для мзунгу. На мой вопрос: почему туда лучше не ходить, гид в музее ответил: там воруют. Я не стала задавать второй вопрос: «Кто кого и для чего ворует?». Не додумалась. Вирус хоть и спал днем, но ночью активно проникал в мой организм, и особенно в мозг. А африканское солнце запекало то, что осталось от мозга. И сейчас, когда я вспоминаю этот день, мне очень интересно: кого воруют?

Уже на улице, ведущей к музею, вы увидите прекрасные старинные дома из красной глины – традиционные, как и в Кигоме, но – облепленные белой штукатуркой. К дверям можно пробраться по деревянному мостику, который перекинут через канаву, специально сделанную вдоль улицы, чтобы по ней стекала вода в сезон дождей. Канаву можно и перепрыгнуть – она не широкая и не глубокая. Может, это будет и более разумно, чем вступать на мостик, на котором не хватает досочек. Но это мзунгу совершенно не нужно. Дети сами выходят из дверей и машут руками, приветствуя туристов, наверное, желая сфотографироваться. Или сфотографировать – если дети школьного возраста.