Книга Лют, страница 106 – Дженнифер Торн

– Ну и ну! – Проходящая мимо Марит замедляет шаг и рассматривает меня.

Я изучаю собственную руку – вдруг действительно свечусь? – но она такая же, как обычно.

Вы вся перепачкались. Впервые за несколько часов оглядываю себя. Мой сарафан под растерзанной курткой, память об отдыхе в Тавире, вымазан грязью и травяными пятнами, забрызган каплями крови и напоминает маковое поле с высоты птичьего полета. Я могла бы переодеться, но не стану. Так правильнее. Я – леди Лют.

– Так что нам теперь делать? – спрашивает Марит, крутя головой по сторонам. – Просто ждать? Как это называется… в аэропорту?

– Выход на посадку. – Растягиваю губы в улыбке, хотя сравнение мне не нравится. Слишком меткое.

Вдали на подъездной аллее вижу мамочек. Хватит уже их так называть. Это так же некрасиво, как говорить обо мне «та американка». Они просто женщины и матери, и сходства между нами больше, чем различий. Венди, Дженни и Лиз. Я рада, что они решили присоединиться, честное слово. Просто рада, что все они еще живы.

Ни одной новой смерти, насколько нам известно. Возможно, кто-то тихо скончался у себя дома, но я на глаз не могу определить, кого не хватает. Нам нужен список, реестр.

Книга. Гроссбух в кожаном переплете. Перечень семей с крестиками и точками. Вот что это было. Список.

Роюсь в памяти, лихорадочно вспоминаю. Семья Пайков – Иэн, Дженни и двое их детишек, отправленных на Суннан, были отмечены точками, как и мы, это я точно помню. Напротив фамилии Мэтью стоял крестик. Джо и Салли я не проверяла, да и с чего бы? Разницы-то я не понимаю. Очевидно, отметка точкой чтото значит, и поэтому Хью напуган. Очевидно, крестики безопаснее точек.

– Ты ее все-таки взяла! – восклицает Тим Бланшар.

– Как просили, – отзывается Лиз. Оборачиваюсь и вижу у нее в руке скрипку.

Лиз обучает местных музыке и, кажется, умеет играть на всех инструментах, однако на Рождество всегда выбирает скрипку.

Без всяких предисловий она начинает играть – старые танцевальные мелодии, бодрые и задорные. Плясать пока никто не выходит, но я уже вижу, как приподнимаются уголки губ, а ноги тихонько притопывают в такт.

– Мне нужно выпить, – произносит Марит. Да. – Стискиваю ее плечо. – Боже, ну разумеется. Прости, первый тост следовало поднять за тебя.

– Горе коснулось и вас, – бесцветно говорит она. – Ваш друг на пикапе и та девушка… Зачем вы это делаете? – Голос Марит звучит резче, взгляд более настороженный, чем прежде, словно она только сейчас окончательно проснулась. – Вы пьяны?

– Нисколько. – Я смеюсь. – А что, похожа на пьяную?

– Нет. Просто ведете себя иначе. Выглядите иначе.

Делаю знак Иэну.

– Можно ей кружечку? И, если позволите, в конце я за всех рассчитаюсь.

Он с улыбкой отмахивается.

– В День «Д» все напитки бесплатны.

– Если все это по-настоящему, почему вы не уезжаете? –Марит поводит плечом, указывая в направлении Суннана, и наконец отрывает от меня пристальный взгляд. – Я вижу, там люди, на… у воды. Там тоже умирают или только здесь?

Только здесь, на Люте, – с запинкой говорю я. – На Суннане безопасно. Там сейчас все дети и несколько взрослых – не знаю точно сколько, – которые за ними присматривают. Общим голосованием они… гм, то есть мы, решили, что детей на сегодня лучше отпустить.

Отпустить.Как будто они быстро поели и не захотели оставаться за столом и слушать скучные разговоры взрослых.