Книга Улей, страница 109 – Тим Каррэн

– Магнетометр уловил несколько очень сильных потоков, – сказал Паркс. – Усиление на тысячу, теперь на две тысячи нанотесла. На пять тысяч. Уверенно и стабильно.

Гандри пояснил, что нанотесла – стандартная единица измерения магнетизма. Стандартный показатель здесь, на полюсе, – 60 000, а у них сейчас было почти 70 000. Гидробот регистрировал это и искал источник. Если потеряет, вернется к гидротермальному источнику.

Гидробот поднимался, и ил заметно редел. Комки размером с четвертак сменились частичками величиной с бусинки. Видимость стала лучше. Неожиданно камера показала облако пузырей, и гидробот погрузился в это облако – пульсирующих перепончатых пузырей, пурпурных и синих, иногда оранжевых и красных, неоново-зеленых и цвета индиго.

– Медузы! – сказал Кэмпбелл. – Вы только посмотрите на это! Как гребневики. Яйцевидные, с ребристыми пластинами для движения. Никогда ничего подобного не видел… Мы, похоже, наткнулись на очень большую колонию.

– Они могут повредить гидробот? – спросил Хейс.

– Нет… смотрите, гидробот замедлился. Он старается не повредить их, поэтому движется медленно.

Это был мир медуз, тысячи медуз, как пузырьки шампанского. Они пульсировали и переливались, вспыхивали яркими цветами, как волоконно-оптические лампы. Можно было видеть прямо сквозь них. Трудно было сказать, насколько они велики, но, наверное, как мяч для софтбола; встречались поменьше, размером с мраморные шарики. Казалось, гидробот им нисколько не мешает. Через десять минут колония кончилась, и гидробот снова опустился к осадкам, обнаружив что-то интересное.

Хейс увидел нечто вроде гигантского краба-альбиноса, ползущего в иле. У него было зазубренное колючее тело размером с корыто – сказал Кэмпбелл – с паучьими лапами длиной в три-четыре фута. На двухфутовых стебельках виднелось что-то похожее на черные глаза, и Хейс указал на них.

– Нет, это не глаза, – сказал Кэмпбелл. – Какие-то рецепторы. Он абсолютно слеп, как и все остальные существа здесь, внизу. Однако это новый вид, несомненно.

Гидробот прошел над крабом, разумно решив не связываться, и опустился во впадину, полную морской травы, потом снова поднялся, продолжая изучать дно, находя раковины мертвых мидий и ракообразных, сотни раковин, переплетенных и превратившихся в ковер из костей. Потом появилась лощина в дне озера глубиной примерно в пятьдесят футов. Она была полна не травой, а белыми разбухшими тварями длиной в десять-пятнадцать футов, непрерывно переплетавшимися и извивавшимися. Хейсу они показались тысячами мясистых шлангов с розовыми присосками на концах, которые то раздувались, то сдувались.

– Трубчатые черви. Но таких я никогда не видел, – сказал Кэмпбелл.

Гидробот заинтересовался. Он повернул и медленно прошел над червями, разглядывая их и сообщая информацию об их температуре и химическом составе воды вокруг них. Хейс видел трубчатых червей на канале «Дискавери», но не таких… не движущихся и переплетающихся. Эти казались не безобидными биофильтраторами, а голодными и хищными тварями.

– Это просто поразительно, – сказал Гандри.

Хейс был согласен; он лишился дара речи. Он видел то, что до него не видел ни один человек, и увиденное приглушило ощущение, что с этим древним озером что-то очень неладно.

– Черт возьми! – воскликнул Паркс. – Вы это видели?