Книга Размножение, страница 24 – Тим Каррэн

Камни были гипнотическими, морфическими.

Смотреть на них означало вспоминать ужасные, давно забытые события. Коснуться их – оказаться в их власти и власти тех, кто их создал.

И никто не осмеливался признаться, что эти мегалиты выглядят странно знакомыми.Как будто вы уже видели их в снах, или они мелькали в полузабытых воспоминаниях – какая-то безумная архитектура сюрреалистичного ночного пейзажа, преследующего подсознание. Невозможно было смотреть на эти сооружения и не чувствовать какой-то необычной осведомленности,первобытной тьмы, поднимающейся с основания черепа и грозящей поглотить все, чем вы были и чем будете.

Потому что в этих камнях была память.

Мрачная, нечеловеческая и неприятно живая.

И вот это место было покинуто под восторги популярной прессы, под отрицания и взаимные обвинения организованных религий и под откровения и самокопания публики в целом.

Примерно в то же время, когда станция «Маунт Хобб» была опустошена, лишена человеческой жизни, в долине происходило нечто невероятное: лед продолжал таять. Хотя температура упала до десяти градусов ниже нуля[15], а ветры с вершин приносили снежную бурю, мегалиты продолжали подниматься из отступающего льда.

Никто этого не видел.

Ни один человек, во всяком случае.

Какое-то непостижимое тепло было направлено на эту долину, и мегалиты открывали свои первобытные тайны. На это ушло всего шесть дней.

Долина Бикон оттаяла до древней вулканической основы. Пока никто этого не знал, но в меловом периоде это место располагалось на вершине холма, однако расплавленная лава, под невероятным давлением устремившаяся вверх, создавала сами горы Сентинел, и площадка мегалитов опустилась в долину, где сейчас и находилась.

К моменту крушения вертолета у станции «Полярный климат» мегалиты полностью освободились от поглотившего их льда. Хотя окраинные области за этот немыслимый промежуток времени превратились в руины или были стерты ледниками, большинство мегалитов уцелели. Высокие, внушительные и безумные, они растянулись на милю и представляли собой гигантскую аномалию, бросавшую вызов человеческому разуму.

Если бы вы посмотрели на них с высоты, например с самолета, то увидели бы не нагромождение камней, а тревожную симметрию. Несмотря на прошедшие эпохи, мегалиты стояли в совершенном, почти математическом порядке в форме пяти пятиугольных звезд. Каббалистическая пентаграмма.

Однако на уровне земли никакого порядка видно не было.

Только циклопическое неправильное скопление груд камней, массивных, отдельно стоящих трилитонов и сарсенов[16], расположенных концентрическими, постоянно расширяющимися кругами, соединенных наверху большими горизонтальными каменными перемычками. И среди этого инопланетного скопления – пересекающиеся монументы и пяточные камни, прямоугольные дольмены и кромлехи, поднимающиеся над глубоко прорезанными туннелями и продолговатыми помещениями и плитами, покрытые резьбой, какую нельзя увидеть больше нигде на Земле. Все это находилось на приподнятых каменных платформах разной толщины, которые сами были изрезаны сложной системой неровных траншей и соединенных зияющих рвов.

Все это было обветренное, изъеденное, смещенное и, казалось, могло в любую минуту упасть.

Но не падало. Выдержало бурные волнения веков: резкие перемены климата, сейсмические сдвиги и нашествие ледников – и будет стоять, пока не выполнит свою цель, для которой было создано. И хотя было сходно с другими подобными мегалитическими структурами по своему ритуалистическому характеру, не являлось ни календарем, ни астрономической обсерваторией, ни рудиментарным компьютером, как предполагали некоторые относительно Стоунхенджа, или равнины Солсбери, или камней Карнак в Британии.