Книга Размножение, страница 140 – Тим Каррэн

Там сейчас держали Хоппера.

Офис кадровика, конечно, был открыт. Особый Эд гордился этим. Мой офис открыт днем и ночью, народ.Он был открыт, но это не значило, что Эд там. Кабинет Хоппера был заперт. Помещение с аварийными запасами всегда закрыто. Ладно… что дальше?

Медицинский отсек.

Крайдерман шел по коридору. Отвратительный запах, казалось, решил стать еще отвратительней. Крайдерман подумал, что его вот-вот вырвет.

Он услышал еще какой-то грохот.

Этот звук определенно доносился из медицинского отсека.

Еще больше напрягаясь, Крайдерман зашагал дальше, держа фонарик как дубинку. Единственным человеком здесь был Хоппер, но он спятил. Крайдерман услышал за дверью хлюпающие, водянистые звуки.

Он остановился, думая, кто может издавать такие звуки. На «Климате». Ночью.

В животе у него забурлило.

Крайдерман ухватился за дверную ручку, понимая, что нужно сделать это сейчас, иначе он струсит. Возникло очень сильное желание развернуться и убежать.

Он распахнул дверь и потянулся к выключателю, в лицо ударил едкий воздух. Внутри было тихо… хотя где-то капало. Где-то дальше, в лазарете. Крайдерман прошел туда. Он услышал звук, будто кто-то снимает с рук резиновые перчатки. Быстро щелкнул выключателем на стене и прошел дальше.

Вонь стояла кошмарная.

Шкаф с медикаментами был раскрыт, его содержимое разбросано. На чистых белых простынях одной кровати виднелась кровь, кровь была на стене, на полу среди осколков разбитых сосудов, инструментов, пустых пакетов из-под крови, взятых из специального шкафа… дверца этого шкафа была сорвана с петель.

Потом Крайдерман увидел труп Хоппера.

Труп был подвешен за ноги, освежеванный, с многочисленными проколами, словно от дрели. Раскачивающийся труп, не только выпотрошенный, но и высосанный досуха, не осталось ни капли крови или полоски жира, ребра были вылизаны добела, слизаны все соединительные ткани.

Крайдерман попятился и ударился о стену.

Попятился не от трупа, а от того, что было рядом с ним.

Он увидел лицо… жуткое, искаженное, нечеловеческое… злобные желтые глаза… зазубренный рот, из которого валил ядовитый шипящий пар. На треугольной голове были жилистые, извивающиеся, черные как ночь щупальца, тянущиеся к потолку, царапающие и скребущие.

Крайдерман издал короткий сдавленный крик.

Тело твари было рубчатое и волнистое, напоминало извилистый ствол древнего баньяна… но вместо древесины – резиновая сине-черная плоть, казавшаяся горячей и жидкой.

Тварь двинулась к нему в вихре плоти: змеящиеся конечности, и сверкающие агатовые когти, и острые, как иголки, черные зубы.

Крайдерман чувствовал запах горячих выделений желез.

Воняло тем, что жевала тварь.

Он увидел гротескно искаженные, плавящиеся лица и дергающиеся конечности – как будто в кривом зеркале, – и все это ползло вперед на спутанных черных корнях.

Крайдерман снова закричал.

Он кричал так громко и с такой яростью, что сам удивился. Сердце заколотилось в груди, он сделал два пьяных шага к двери и тут же грохнулся прямо на задницу. Он не споткнулся и не поскользнулся – Крайдермана охватил ужас от увиденного. От ужаса ноги стали слабыми и резиновыми, голова закружилась.

Он смог встать и бросился к двери, но спасения не было.

Только голос в голове, четкий и резкий.

(возьми мою руку)

(и пусть твое сердце взорвется от сладкого страха)