Книга Размножение, страница 107 – Тим Каррэн

Гат пошла за столик в углу, чтобы рассказать об этом Гвен и Зут; за этим столиком шабаш обычно собирался за блюдами Койла.

– Ого, – сказал Койл.

Фрай рассмеялся.

– Да ладно, она ничего; если нравятся крупные и мужеподобные, с волосами на груди и с выпуклостью в штанах, она то что надо.

Койл вернулся к взбалтыванию яиц.

– Я сегодня опять говорил по радио с Артом Фишером, – сказал Фрай.

Арт был его приятелем со станции «Полюс». Тоже любитель восстанавливать старые машины.

– Да?

Фрай сузил глаза, вытер лоб тыльной стороной ладони.

– Арт кое-что рассказывал… не мог вдаваться в подробности, не по радио… но, думаю, что-то назревает в проекте «Император».

Койл знал, что это полевой проект доктора Драйдена, гляциологическое исследование пещер на леднике Бирдмора. Одна из тех зимних полевых операций, которые пугают людей.

– Держу пари, так и есть.

– Точно не знаю, что там, Ники, – признался Фрай, – но оттуда по радио приходят странные сообщения. Арт много не говорил. Только намекнул. Какая-то спасательная операция. Де Флер, умник, который управляет «Полюсом», прослушивает все сообщения, поэтому я больше ничего не смог узнать. Пока.

– Еще что-нибудь?

– Какой-то умник на «Мак-Мердо» ударил парня ножом, сказал, что он колдун или еще кто.

Койл посмотрел на Фрая.

– Помнишь, что ты сказал? Если что-то начнет происходить, мы увидим знаки. Я вижу их повсюду.

– Как и я, Ники.

Ида оторвалась от «Соуп Опера Дайджест» и посмотрела на них.

– О чем вы, парни, там шепчетесь? Вы как девчонки, которые делятся секретами.

Койл обнаружил, что просто не может придумать ложь, но тут на помощь пришел Фрай.

– Мы говорим о тебе, Ида. Пытаемся решить, кто первый с тобой переспит.

Она рассмеялась.

– Не спорьте, ребята. Поторопитесь. Я не молодею. Так давно ничего не было, что, боюсь, моя вишенка заросла.

Старая добрая Ида.

Она вернулась к своему журналу, пытаясь понять, что происходит в Порт-Чарли.

– Думаешь, мы должны что-то предпринять, Ники? Или просто будем сидеть сложа руки и наблюдать?

Койл покачал головой.

– Нет, ничего не делай и ничего не говори. Тут слишком много дерьма. Все напряжены и испуганы. Никому ничего не говори, только мне. Подождем и посмотрим, что будет дальше.

Фрай почесал седеющую бороду.

– Думаю, долго ждать не придется, старина.

И он оказался прав.

С тех пор как Полчека, бредившего о колдунах и всем остальном, посадили на успокоительное, доктор Манс регулярно заходил к нему.

Бедняга.

Талантливый, но сбитый с толку.

Так иногда бывает.

– Он спокоен и замкнут, – сказал дежурный врач Сэнборн. – Хотите взглянуть на него?

Манс подошел, ожидая увидеть больного спящим.

Но Полчек не спал.

Он улыбался, и глаза у него были черные и блестящие, как влажный асфальт. Манса охватил озноб, и он сделал неуверенный шаг назад.

С пола послышался стук.

Со стен – скрежет, словно по ним царапали когтями.

Температура упала, и Полчек сел, от него повалил пар.

Ремни, удерживавшие его, один за другим лопались.

Что это такое?

Манс стоял с открытым ртом; он ощущал, как в воздухе нарастает энергия, словно вот-вот ударит молния. Заряд усиливался, Манс чувствовал, как он ползет по его спине и рукам; вся комната дрожала и тряслась.

И Полчек, круглощекий, светловолосый и некогда совершенно безобидный, смотрел на него своими черными инопланетными глазами, и в них виднелась призрачная, космическая глубина.