Книга Гитлер: мировоззрение революционера, страница 86 – Райнер Цительманн

В войне Гитлертакже видел «историческую борьбу», одно из «тех естественных противоборств, которые — потрясая мир часто один раз в тысячи лет — открывают тысячелетие нового отрезка времени»[563]. В обращении по случаю десятой годовщины захвата власти он заявил, что все, что было сделано с 1933 г. в области экономики, политики и культуры, «несмотря на все величие, отступает перед задачей, которая стоит перед нами сегодня. Если бы национал-социализм не сделал ничего, кроме того, что лежит за ним, он уже был бы одним из мощнейших явлений мировой истории, однако Европа, несмотря на это, погибла бы»[564].

Приведенные здесь высказывания следует расценивать не только лишь как выражение самоидентификации и собственного образа революционера Гитлера; они скорее дают представление о той эмоциональной ситуации, которой были захвачены как Гитлер, так и его сторонники. Его действия интерпретировались в рамках одного из величайших революционных переворотов мировой истории, открывшего новую эру. При этом захват власти 30 января 1933 г. был лишь началомреволюции, а никоим образом не ее конечной точкой.

Имеются многочисленные противоречащие друг другу высказывания Гитлера о завершении или продолжении национал-социалистической революции, относящиеся к 1933–1934 гг., да и к более позднему периоду. Заявив однажды, что революция закончена, он вскоре при определенных обстоятельствах требовал продолжения и завершения революции. Эти противоречивые высказывания нельзя понятть без знания исторической подоплеки так называемого «путча Рема» либо требуемой СА «второй революции».

30 июня 1934 г. наступила кровавая развязка конфликта между Гитлером и вождем СА Ремом, или, точнее, между рейхсвером, Гиммлером и Герингом, с одной стороны, и Ремом и СА — с другой. По сути, речь шла о претензии Рема на то, чтобы поставить СА в качестве милиции рядом с рейхсвером, т. е. поставить под вопрос исключительную компетенцию рейхсвера в вопросах обороны страны и даже поставить СА на место рейхсвера[565]. Гитлер отклонил эту идею Рема, поскольку полагал, что вооружение является прежде всего профессиональной проблемой и что тут решающее значение имеют военные знания, техническое умение и специальные компетенции офицерского состава. К этому добавлялся еще один аспект, а именно вопрос о наследовании поста президента Германии. Весной 1934 г. состояние здоровья Гинденбурга все более ухудшалось, и существовала опасность, что в случае его кончины вновь может стать актуальным вопрос реставрации монархии. Гитлер знал, что может решить вопрос наследования поста президента Германии в нужном ему ключе лишь приподдержке рейхсвера, и поэтому вовсе не был готов рисковать конфликтом с ним. Эта конфликтная ситуация осложнялась тем, что в интерпретации — правда, прежде всего задним числом в литературе — преувеличивались «социалистические» и «революционные» лозунги Рема и спор по вопросу о монополии на оружие и компетенций по обороне страны упрощался до конфликта между «революционным» Ремом и «реакционером» Гитлером.

Рем, конечно же, стилизовал себя под «революционера» и для обоснования своих претензий использовал «социалистические» лозунги. Правда и то, что в результате подавления «путча» так называемое «левое» крыло НСДАП, например НСБО (национал-социалистическая организацияпроизводственных ячеек), было окончательно нейтрализовано. Однако Гитлер одновременно нанес удар и по консервативным силам вокруг Папена. Так, например, 30 июня были расстреляны Эдгар Юнг, типичный представитель германского консерватизма, а также Герберт Бозе, хотя они, конечно, не имели никакого отношения к предполагаемому «путчу». Сначала казалось, что победителем из конфликта вышел рейхсвер. Но с нейтрализацией СА начался неудержимый подъем СС, в котором Гитлер видел новый революционный авангард. Конфликт между Гитлером и Ремом был спором не между реакцией и революцией, а скорее между представителями разных революционных моделей. Историк Г. Мау, вероятно, наиболее ясно описал суть конфликта как спор между «революционером старого стиля» (Рем) и представителем «современной революции» (Гитлер).