Книга Гитлер: мировоззрение революционера, страница 49 – Райнер Цительманн

Было бы, конечно, интересно всегда доказывать происхождение идей Гитлера и их соответствие тогдашним взглядам, теориям и идеологиям. Но, как и Йекель в своей работе[274], мы от этого, как правило, отказываемся. В то же время оказалось, что в рамках нашей тематики имеет смысл прерывать описание мыслей Гитлера по некоторым центральным пунктам ссылками на различия и сходство с тогдашним течением «Консервативной революции».

По еще двум аспектам мы тоже хотим присоединиться к образу действий Йекеля. Во-первых,для нас речь идет в основном об описании мировоззрения Гитлера, а не социально-экономической реальности Третьего рейха. Правда, в разных местах мы будем ссылаться на определенные реальные процессы и явления, но это происходит лишь спорадически и без претензий на полноту систематического анализа. Это однозначно вышло бы за рамки работы. В целом можно сказать, что Гитлер сумел полностью реализовать некоторые свои идеи, а к другим либо только приступил, либо вообще ими не занимался. Однако реализация или нереализация не являются критерием серьезности целеполаганий Гитлера. Тёрнер в своем исследовании этих целеполаганий справедливо подчеркивает: «На основании того факта, что до войны в Третьем рейхе почти не произошло фундаментальных экономических или социальных изменений, большинство авторов сделали вывод, что подобные преобразования никогда серьезно не планировались. Однако имеются убедительные указания на то, что принимающая решения группа руководителей режима — и в первую очередь сам Гитлер — рассматривала мирные годы лишь как прелюдию к глубокому изменению германского общественного порядка, которое предстояло осуществить после военного триумфа национал-социалистов»[275].

Мы можем присоединиться к этому взгляду, хотя никоим образом не можем согласиться с тёрнеровской интерпретацией содержания намеченного Гитлером изменения общества. Ведь имеется гораздо больше связей между общественной реальностью Третьего рейха и реконструированными нами целями Гитлера, чем той предположительной идеологией «реаграризации», которую Тёрнер приписывает Гитлеру и которая не была реализована в Третьем рейхе даже в первом приближении. Зато революционное и «модернистское» мировоззрение и целеполагание Гитлера, которое мы опишем ниже, гораздо более соответствует фактически осуществленной национал-социализмом революционной модернизации. Если Гитлер за двенадцать лет своего правления смог лишь приступить к достижению некоторых своих целей, то это связано не только с ограниченностью бывшего в его распоряжении времени, но и прежде всего с определенными объективными трудностями, возникшими при реализации его идей. Так, например, в первые годы своего режима Гитлер еще в значительной степени должен был оглядываться на своих консервативных партнеров по соглашению. Это в особенности касалосьпериода до смерти Гинденбурга, но в целом эта «помеха» сохранялась до конца Третьего рейха, поскольку Гитлер по-прежнему был вынужден в значительной мере опираться на старые элиты военного и бюрократического аппарата. С 1939 г. добавилось еще одно осложнение, поскольку ситуация войны не была, конечно, подходящим моментом для радикальных социал-революционных преобразований, которые с необходимостью спровоцировали бы конфликты с общественными группами, от сотрудничества с которыми Гитлер особенно зависел во время войны. Эти замечания объясняют, почему недопустимо объявлять несущественными и даже несуществовавшими некоторые намеченные Гитлером цели на том основании, что они при его жизни или не были достигнуты или к их достижению только приступили.