Книга Гитлер: мировоззрение революционера, страница 357 – Райнер Цительманн

Развертывая дальше эту аргументацию, приведшую Гитлера уже в «Майн кампф», во «Второй книге» и в речах и публикациях (до и после «прихода к власти») к претензии на то, что немецкий народ должен захватить для себя «новое жизненное пространство» на Востоке, мы приходим к выводу, который на все времена остается неизменным: основным условием существования человечества является, по Гитлеру, наличие у каждого народа достаточного «жизненного пространства», т. е. определенной территории, дающей ему средства для существования в самом широком смысле (т. е. полезные сельскохозяйственные угодья, сырье, источники энергии и т. п.). Эта основная территория в одно и то же время образует хозяйственную базу и ограничивает экономические возможности роста. В определенном «жизненном пространстве» проживает и определенное число людей, причем это число отнюдь не является статичным и при нормальных, т. е. «здоровых», обстоятельствах постоянно растет. На какой-то определенной стадии развития территориальная ограниченность базового пространства приходит в противоречие с растущей численностью населения.

«Когда народ имеет слишком ограниченное жизненное пространство, т. е. когда народ не располагает определенными полезными ископаемыми, когда земельные угодья недостаточны для его пропитания, это приводит к тому, что именно здесь [sic!] возникает определенная потребность в чем-то[1899]. Нужда, беды, социальные болезни и в конечном счете заболевания, обсуловленные природой, — все это вытекает из этих неблагоприятных условий существования»[1900].

Когда наступает несоответствие между факторами «жизненного пространства» и «численности народа», тогда якобы появляются различные возможные реакции на это. Гитлер прежде всего не захотел положиться на «стратегию экономического завоевания мира», т. е. на экономическую политику, ориентированную на экспорт товаров. Он считал такую политику лишь кажущимся решением проблемы несоответствия «жизненного пространства» и «численности народа».

Первая мировая война показала,что как раз такая экономическая политика с упором на экспорт в конечном счете и должна была привести к войне. Как и многие его современники, Гитлер придерживался тех взглядов, что истинной причиной Первой мировой войны якобы явилась торговая конкуренция между Англией и Германией. Так, в речи, произнесенной 26 мая 1920 г., он объяснял причину Первой мировой войны тем, что «Англия… начала бояться немецкой конкуренции на мировых рынках… [но] Англия не имела… средств мирно побороть Германию, и потому она перешла к такому средству, как насилие»[1901].

Политика экономической экспансии, однако, не только наталкивается на сопротивление других стран с развитой экономикой, но и уже в силу этого оказывается непригодной в качестве долговременной стратегии преодоления противоречия между «жизненным пространством» и «численностью народа», хотя бы потому, что мировой рынок сбыта прогрессивно сужается. Опираясь на распространенные тогда экономические теории[1902], Гитлер полагал, что индустриализация аграрных стран должна создавать всё большие трудности со сбытом для «старых» промышленно развитых стран. В своей речи 6 августа 1927 г. Гитлер так выразил эту мысль: «И есть еще одна возможность [преодоления противоречия между «жизненным пространством» и «численностью населения». — Р. Ц.], это экспорт товаров. Тем не менее это возможность призрачная: не только Германия идет по этому пути индустриализации и вынуждена это делать, но точно так же Англия, Франция и Италия. И в последнее время Америка тоже пополняет ряды таких конкурентов, и теперь самое трудное состоит не в так называемом повышении производительности, как у нас все еще думают, а самое сложное — это расширение сбыта. Вот это и есть сегодня главная проблема в этом мире, в этом самом мире, который повсюду индустриализируется и который борется за эти рынки».