Книга Гитлер: мировоззрение революционера, страница 128 – Райнер Цительманн

Даже в своих последних речах Гитлер выражал свою убежденность в необходимом крахе буржуазного мира и конце исторической миссии буржуазии. В своем последнем новогоднем обращении 1 января 1945 г. он предсказывал, «что буржуазный общественный порядок больше не в состоянии сопротивляться бурям нынешнего, а тем более грядущего времени. Государство за государством, не нашедшие дорогу к действительному социальному преобразованию, найдут дорогу в хаос. Либеральная эпоха была. Мнение, что можно сопротивляться этой народной буре с помощью парламентско-демократических полумер, это ребячество, настолько же наивное, насколько были методы Меттерниха против всепроницающих национальных устремлений к единству в XIX веке»[855].

Далее Гитлер говорил об «утонувшем буржуазном мире» и его «коррумпированной и социально аморальной атмосфере»[856]. В последнем радиообращении он ругал евреев и их «лучших союзников», а именно тех «твердолобых граждан, которые не хотят осознать, что эпоха буржуазного мира закончилась и никогда не вернется, что эпоха безудержного экономического либерализма изжила себя и и может привести только к собственному краху…»[857]

Правда, возникает вопрос, почему Гитлер, несмотря на ненависть к буржуазии, несмотря на свое мнение, что этот изживший себя класс труслив, слаб и лишен энергии, временно заключилсоюз с реакционными буржуазными силами (например, с Гугенбергом и Папеном). Ответ гласит: Гитлер пошел на союз с этими силами не несмотряна их неспособность и слабость, а как раз из-за них. Одно из основных убеждений Гитлера состояло в том, что следует заключать союз не с равноценными противниками, а со слабыми. Он вполне понимал намерения своих буржуазных противников либо союзников и был готов пойти только на такой союз, в котором бы он — как в кабинете 30 января 1933 г. — в конечном итоге сидел на «более длинном» рычаге. Делать на основании того факта, что он временно шел на союз с буржуазными силами, вывод о его симпатиях к ним, так же ошибочно, как делать аналогичные выводы из временного союза Мао Цзедуна с Чан Кайши и Гоминданом. На пути к власти революционеры всегда ищут союзников, но, по возможности, более слабых, и они всегда одновременно представляют себе «задние мысли» и возможные намерения их партнеров. При этом Гитлеру шло на пользу то, что буржуазия — как, кстати, и коммунисты — его всегда недооценивала, так что сегодня можно сказать вслед за Вейтом Валентином: история Гитлера — это история его недооценки.

Сам Гитлер осознавал, что его буржуазные союзники рассматривали его лишь как «барабанщика» и думали, что смогут купить и задействовать его для своих целей. Уже 9 ноября 1927 г. Гитлер сказал, обращаясь к «верхним десяти тысячам»: «А потом мы уже видим, как вы с поднятыми руками, ликуя, будете въезжать в эту новую Германию, по возможности далеко впереди. Мы уже однажды это увидели как бы наяву, как вы себе это представляете, как другие сначала могут сделать всю работу, будучи хорошими, бравыми барабанщиками, и как вы тогда как великие гении в последний час вдруг сможете стать во главе и дать отечеству то, что его, а вам дать то, что, по вашему мнению, ваше. Мы не рассчитываем на эти слои; ведь мы знаем их слишком хорошо»[858]. Вагенеру Гитлер заявил в феврале 1931 г.: ему совершенно ясно, что «люди от экономики» полагают, что «смогут тихонько с помощью своих денег сбить нас с правильного пути». Но, продолжил Гитлер, «к алтарю отечества ведет крутой путь вверх, и нам постоянно приходится то тут, то там пользоваться лестницами, чтобы продвинуться дальше. То, что мы делаем сейчас, это тоже пользование лестницей. Отсюда можно пойти и не туда. Номы этого не сделаем»[859].