Книга 2075 год. Когда красота стала преступлением, страница 100 – Райнер Цительманн

– Мы получили сообщение, что на борту имеются ПК, нарушающие запрет на выезд, а также лица, которые пытаются помочь им обойти соответствующие правила. Правило вылета женщин категории ПК, параграф два, «Случаи серьезного пособничества незаконному вылету». И похоже… – Он просканировал появившиеся на устройстве данные и подмигнул своему сослуживцу. – Похоже, мы нашли то, что искали. Я вынужден забрать всех вас троих с собой. Вы арестованы. Пожалуйста, встаньте!

– Арестованы? – возмущенно воскликнула Алекса. – Мой сестре только что исполнилось пятнадцать лет.

– Будь моя воля, я бы тех, кому только что исполнилось пятнадцать лет и кто сел в ракету, чтобы улететь на Марс, закрыл бы на несколько дней в тюрьме, – равнодушно сказал Андерсон. – Ну же, идемте!

Алика покраснела, а Натаниэль вздохнул. Он поднялся с кресла и, наклонившись к Алексе, сказал:

– Похоже, ты все же рассказала о наших планах не тем людям.

* * *

Райвен был дома. Он бросал в закрытую входную дверь мягкий мяч. Тот отскакивал, и маленькая собачка, путавшаяся в ногах журналиста, бросалась к мячу, осторожно брала его в зубы и приносила хозяину. Когда собака в очередной раз вернула игрушку, тишину нарушил резкий звук дверного звонка.

– Алекса? Это ты? – громко спросил Райвен.

В ответ раздалось хрипловатое покашливание, и Райвен сразу же узнал голос О’Хары.

– Нет, простите, если разочаровал вас. – Инспектор поднял мяч, который едва не угодил ему в лицо, когда он открывал дверь. – Ваша шавка огрызается? Она выглядит довольно грозно.

Райвен усмехнулся.

– Грозно выглядит, говорите? К сожалению, мне пока не удалось увидеть малыша. Но я уверен, что он укусит вас, если вы опять назовете его шавкой. Его зовут Гакки.

– Как ту собаку из древней научно-фантастической серии?

– Гакки был не собакой, а нутрией, что бы это ни значило. В «Перри Родане», да[14]. Гакки – прекрасный компаньон, тем более что Алекса сейчас редко здесь бывает. Полагаю, у вас есть новости, касающиеся расследования.

– Да, есть, – ответил О’Хара, бросая мяч собаке. Гакки с готовностью схватил его своими металлическими челюстями, но тут же прекратил попытки играть, так как был запрограммирован на то, чтобы уметь развлекать хозяина, но не отвлекать его от серьезных разговоров.

Инспектор встал рядом с Райвеном.

– Все наши версии указывают на Корею. Есть там кто-то, кто хочет свести с вами счеты?

– Корея? Корея, вы говорите… Да, я навожу справки о Хван Ён Ла, наследнике Universal Powers. Он решил прославиться, обвинив своего покойного отца, основателя компании Хван Гун Ву, в том, что тот продвигал женщин по карьерной лестнице, ориентируясь исключительно на их внешность. Все это сплошное вранье. Ён Ла хотел выставить себя высоконравственным человеком. Что им двигало? Тщеславие! – Рай-вен выпрямился в кресле. – Я провел журналистское расследование, вся эта история практически готова к печати, коллеги собирают последние письменные показания от наших источников. Но, инспектор, одно лишь тщеславие не толкает человека на убийство или даже на попытку его совершить.

– Мне жаль, что вы не можете сейчас видеть мою самодовольную ухмылку, – сказал О’Хара. – Вам, журналистам, нравится думать, что вы одни такие умные. Но в данном случае мы вместе с моими корейскими коллегами добились значительного прогресса. Тщеславие! Мы поговорили со всеми имеющими к вам отношение, особенно с некой Калистой…