Книга 2075 год. Когда красота стала преступлением, страница 98 – Райнер Цительманн

Для Алексы самым трудным во всем этом было то, что ее мать не могла отправиться с ними. И тут она поняла, что думает и о Даксоне, который часто снился ей и по которому она очень скучала, – это было то, чем она не хотела делиться с Натаниэлем. Она понимала, что после матери больше всего она будет скучать по Даксону.

Алика тоже готовилась к тому, что будет скучать по своей маме. А что до птиц, бабочек и других существ, то она придерживалась более прагматичного подхода:

– По крайней мере, на Марсе не будет ни пауков, ни комаров, ни змей. И я собираюсь пронести в рюкзаке одного из котят.

– Не вздумай! – воскликнула Алекса.

– Не бойся, – со смехом успокоила ее Алика, – я пошутила. – Затем она стала серьезной. – Очень жаль маму. Но ведь на Земле все не будет долго оставаться по-прежнему, правда? Мы уедем, как и многие другие, но в конце концов правительству придется признать, что оно ошиблось, так ведь? Ведь многие люди протестуют. Это же демократия, так? Это то, о чем нам говорили в школе: правительство делает то, что хочет народ, а не наоборот. Так оно и есть, правда? И как только они отменят закон, я прилечу обратно к маме. И к Адриану. И к Бенни».

– Бенни? У тебя есть другой парень?

– О, прости, ты с ним еще не познакомилась. – Алика взяла в руки маленького мяукающего котенка. – Смотри, Бенни. Это Алекса, моя старшая сестра. Я так горжусь ею, она может справиться с кем угодно, даже с правительством! И взгляни на нее, она такая красивая, официально – девяносто девять процентов, но для меня и для всех, у кого есть глаза, ее рейтинг – сто десять процентов!

Алекса и Натаниэль не разделяли детскую веру Алики в то, что правительство будет вынуждено реагировать на многочисленные протесты. Они слишком хорошо понимали, что в обществе всегда существуют движения протеста, участники которых горячо убеждены, что борются за общее благо и что за ними стоит большинство, но на самом деле они представляют собой лишь крикливое меньшинство.

Сколько раз они говорили об этом, спорили, сомневались, разочаровывались и вновь обретали веру в себя и в благополучный исход таких непредсказемых событий на Земле. Особенно сейчас, когда они считали дни, которые им осталось на ней провести. Вот и теперь был один из таких разговоров.

– Мы не должны терять надежду. – сказала Алекса. – В прошлом такие ситуации складывались достаточно часто. В одной книге по истории я читала о «квантовых стикерах», молодых людях, которые тридцать-сорок лет назад приклеивали себя к квантовым компьютерам по всему миру. Они были убеждены, что квантовые вычисления произведут революцию в искусственном интеллекте и люди будут отодвинуты на задний план. Компьютер, который правит миром, Большой брат, тысяча девятьсот восемьдесят четвертый и все такое! Нечто подобное было и в двадцатых годах нашего века, когда активисты климатического движения останавливали движение транспорта в городах Европы, что и привело в результате к появлению аэротакси.

– Да, – согласился профессор, внимательно слушавший свою лучшую студентку и, казалось, на время поменявшийся с ней ролями. – Появление технологических инноваций можно в лучшем случае отсрочить, но их невозможно заблокировать навсегда. Сочетание квантовых компьютеров и искусственного интеллекта привело к значительному сокращению выбросов CO₂. Прорывы в области энергоэффективности, термоядерные технологии и производство настоящей говядины и курятины из натуральных стволовых клеток в лабораториях изменили наш мир…