Книга Разрушенный рыцарь, страница 77 – Милена Янг

— Что здесь происходит, Тереза? — с нарочитым спокойствием тихо спросила женщина, что означало лишь одно — она в бешенстве.

— Мам…

— Потрудись отвечать внятно и по делу, — потребовала Эмили сквозь зубы, скрестив руки на груди.

— Мы просто спали и… — Тереза смущенно запнулась.

— Я должна тянуть из тебя каждое слово как клещами?

— Мне нечего тебе ответить, мам.

— Почему ты в постели с парнем? — Женщина сорвалась на крик. — Ты совсем свихнулась?!

— Прости меня, мама, — виновато опустила голову Тереза.

Рафаэль напрягся. Ему не нравился тон женщины и то, какой испуганной и подавленной стала Тереза рядом с ней.

— Образец порядочности и скромности. Так держать, позорище, — брезгливо поморщилась Эмили. — Мне стыдно за тебя. Как ты могла опуститься до подобного?! Ты ведь знаешь, что это грех!

— Между нами ничего не было…

— Если бы было, мы бы говорили по-другому, поверь мне, ничтожество, — рявкнула она.

Рафаэль уже было дернулся вперед, но девушка вцепилась ему в руку и слегка покачала головой, давая понять, чтобы не вмешивался.

— Прости меня, мам, — повторяла она как заведенная.

— Не смей называть меня мамой! Мне стыдно, что ты вообще есть, понимаешь? — Эмили оскорбленно поджала губы. — Знаешь, в древние времена злых духов изгоняли при помощи экзорцизма. Иногда мне кажется, что в тебя кто-то вселился. Иначекак можно объяснить то, какой распущенной ты стала?

Рафаэль сдерживался из последних сил. «Еще одно плохое слово в адрес Терезы, и я за себя не ручаюсь».

— Ты разочаровываешь нас с каждым днем все больше и больше.

— Изви…

— Какого черта вы так разговариваете с ней? — перебил ее Рафаэль, терпение которого лопнуло. Прощай, выдержка. — Если вы такая вся из себя верующая, то почему позволяете себе так относиться к дочери? — прорычал он.

— А ты кто такой, чтобы мне указывать? — Эмили вспыхнула от гнева, сделав шаг к нему.

— Тот, кто может уничтожить вас за пару минут. — Его жестокая улыбка не предвещала ничего хорошего. — Ваша карьера, ваша работа, ваши счета в банке. Один звонок, и вы станете нищими. Не советую относиться ко мне пренебрежительно, миссис Браун. Я предупрежу вас всего лишь раз: посмеете обидеть Терезу или унизить, оскорбить, что угодно — и мои угрозы воплотятся в жизнь, не успеете и глазом моргнуть.

— Да как ты… — Она прикусила язык, побледнев. Очевидно, женщина была наслышана о семье Тернеров и поняла, кто перед ней находится.

— Тереза, ты возвращаешься домой. Немедленно. Жить одна ты больше не будешь, — в ярости обратилась она к дочери.

Девушка испуганно замерла. Домашний арест? Ей что, пятнадцать?! Но, естественно, она не высказала этого вслух. Тереза вспоминала годы в заключении: за окном весело играли дети, а она вечно сидела одна, уткнувшись в учебники. Ее лишили беззаботных школьных лет, но отказаться от студенческих? Да ни за что на свете! Но язык словно прилип к небу. Паника стиснула грудь, мешая дышать. «Слабая, такая слабая… Я действительно никчемная и заслужила наказание».

— Она никуда не пойдет, — твердо сказал за нее Рафаэль.

— В последний раз повторяю, Тереза! — Эмили прищурилась, сверля дочь взбешенным взглядом. — А тебя, отброс, я не спрашивала.

— Черт, а я до смерти хотел угодить вам! — Рафаэль с притворным почтением прижал руку к сердцу.

— Тереза! — Эмили подошла ближе к дочери и положила руки ей на плечи. — Пойдем домой! Обещаю, что не сделаю тебе больно. Просто хочу защитить от этих бесов.