Книга Разрушенный рыцарь, страница 74 – Милена Янг

— Не ерзай, Tea, — прошипел Рафаэль, болезненно морщась.

— У тебя что, телефон в кармане? — прищурилась она внезапно с подозрением.

— Это… не телефон, маленькая. — Его, кажется, развеселил ее вопрос. Уголки губ Рафаэля дернулись.

— Ключи от дома?..

— Не хочется тебя разочаровывать…

— Скажи, пожалуйста, что это нож илиеще что-нибудь, — взмолилась она, умирая от смущения.

— Не нож, но проткнуть может.

— О господи! — Она зажмурилась, щеки пылали, дыхание участилось. В животе забеснова-лись бабочки, когда парень коснулся губами ее шеи. — Ты ведь не можешь… — смущенно пробормотала она.

— Ты так сладко пахнешь… Медом и шоколадом, — промурлыкал Рафаэль.

Она тяжело дышала, до боли впившись зубами в нижнюю губу. Невесомо, едва уловимо он поцеловал ее в ямочку над ключицами. И целомудренно отстранился.

— Моя отважная Tea. Такая добрая, искренняя и сильная. — Парень отпустил ее руки. Но она больше не вырывалась, а обняла его за шею, взъерошив волосы на затылке.

— Ты не дослушала, — Рафаэль вздохнул и прижался лбом к ее лбу. — Я выбираю вечность и тебя.

Его горячее дыхание коснулось ее щеки, грудная клетка поднималась и опадала.

— Так не получится, ты же знаешь, — шепнула Тереза. — Ты не можешь выбрать и Снежную королеву, и Герду. Не можешь остаться в замке и одновременно выбраться.

— Знаю. Но когда мне страшно, я просто произношу твое имя. Теперь это не планеты, это ты. Скажи, что ты делаешь со мной, Tea, — прошептал он с болью, и его голос сорвался. — Что это? Что это за гребаная болезнь?

— Если я скажу, ты ведь уйдешь.

— Уйду.

— Ты хочешь этого?

— Я должен.

— Я для тебя просто марионетка, да? Игрушка, с которой ты немного позабавишься и потом бросишь, когда я перейду черту? — Тереза издала горький смешок. — Ты молчишь. Значит, я права.

Он кивнул. Сердце у Терезы сжалось.

— Ты изначально знал, что бросишь меня? И все равно поступил так со мной? Заставил привязаться? — В глазах пекло от слез, и те все-таки потекли по щекам. — Ты такой жестокий, Рафаэль.

— Я тебя предупреждал, Тереза, чтобы ты не вздумала в меня влюбляться. — Он зажмурился, бережно стирая влажные дорожки с ее лица. — Умоляю, не делай этого с нами.

«Не показывай, что тебе больно, когда я с другой. Не требуй от меня того, чего я не в силах тебе дать. Меня тошнит от этого. От чувств, которые хочу вырвать прямо сейчас. Понимаешь, насколько я разрушен?»

— Тогда уходи прямо сейчас. Покончим с этим. — Тереза всхлипнула, закрывая лицо дрожащими руками. — Уходи, убирайся, Рафаэль, не мучай меня!

— Я не готов это сделать. Почему мы не можем быть друзьями? Ведь все этимесяцы нам удавалось. Прошу тебя, Tea, давай попробуем, — умолял он. — Пожалуйста, Tea.

— Удавалось? Ты о том, как притворялся все это время слепым? Мы не дети, ты достаточно умен, чтобы видеть, как я к тебе отношусь…

— Значит, я сделаю тебе больно, — бесцветным голосом произнес он. — Я никогда не смогу почувствовать к тебе того же. Ты просто мой друг, и я дорожу тобой точно так же, как Вильямом.

— Почему, Рафаэль? Почему ты делаешь все, чтобы я тебя оттолкнула? Тебе доставляет радость видеть, как я плачу? То, что ты не страдаешь в одиночку? — Она шмыгнула носом, глядя на него полными слез глазами.

Вид ее страданий необъяснимо терзал Рафаэля. Он ненавидел себя, ведь он не мог дать Терезе того, что она хотела. Рафаэль не хотел отношений. Не хотел разочаровываться и разочаровывать. Внезапно дышать стало тяжело. «Посчитай до семи и обратно». Стиснув зубы, он начал считать.