Книга Аутсайдер, страница 4 – Тедди Уэйн

Десятки гостей прогуливались вдоль панорамного бассейна, казавшегося неуместным на фоне бескрайнего океана, окружающего мыс со всех сторон. Бо́льшую часть составляли бумеры[5], которые, как и Джон, приехали сюда, спасаясь от коронавируса. Впрочем, было здесь и несколько молодых людей, с виду старшеклассников или студентов, и стайка детей, весело резвившихся рядом с родителями.

Конор сразу заметил, что никто из присутствующих не носит маску. Конечно, недавние протестные демонстрации в ответ на убийство Джорджа Флойда показали, что собираться на свежем воздухе вполне безопасно. Но вечеринка с такой толпой гостей все равно представлялась Конору слишком рискованной затеей. Хотелось развернуться и уйти, ведь если он подхватит ковид, никто не станет брать у него уроки как минимум две недели.

Но упускать шанс познакомиться с контингентом тоже не хотелось. Пожалуй, лучше не привлекать к себе внимания маской, а то его, чего доброго, примут за ипохондрика или решат, что он заразный.

Конор спрятал маску в карман и направился к столу с закусками, намереваясь как следует подкрепиться, чего не делал с самого утра. Однако, увидев, как гости хватают фаршированные яйца голыми руками, отшатнулся и налил себе джина-тоника.

Вскоре Конора разыскал Джон и повел в самую гущу толпы. Конор заметил пару мужчин, одетых в розовые шорты, и еще одного в красных, как помидор, брюках.

Пожимая ему руку, все они называли как имя, так и фамилию, поэтому Конор решил следовать их примеру. Встретил он и добродушную супругу Джона – которая призналась, что физическую нагрузку ей обеспечивает не теннис, а ежедневная работа в огороде, – и трех человек, успевших записаться на его уроки. Всем остальным Джон представлял его как высококлассного профессионала из респектабельного Уэстчестера (а не простоватого Йонкерса, отметил про себя Конор), в расписании которого остается все меньше окон. Увы, почти все отвечали, что не умеют играть в теннис или очень давно не играли. Конор подметил, что большинство гостей похожи друг на друга, как члены семьи, кроме разве что помятого чудака со взъерошенными волосами, который с умным видом рассуждал об опасности токсичных веществ в воде.

Прочие обитатели Каттерса показались Конору весьма дружелюбными, и он наконец слегка расслабился. Как выяснилось, богачи тоже люди.

– Боже, какой же вы красавчик! – воскликнула хозяйка мероприятия, в прическе которой мелькали седые пряди, предательски выдавая отсутствие регулярных визитов в салон красоты в последнее время. – А вы точно спортсмен, а не кинозвезда?

– Последнюю роль я сыграл во втором классе в школьной постановке, – застенчиво проговорил Конор, опустив голову. Смущение было абсолютно искренним, хотя кроткая улыбка и подчеркнутая скромность давно вошли у него в привычку. Он знал по опыту, что только так и следует отвечать, ведь сдержанная реакция на комплимент звучит не так высокомерно, как попытка от него отмахнуться.

Умение произвести впечатление на женщин было единственным, что давалось Конору без особых усилий. Привлекательная внешность – абсолютная удача, безусловная привилегия, но порой именно она помогала ему понять проблемы красивых женщин, с которыми такое случается сплошь и рядом: их желали, но воспринимали как вещь; смотрели на них, но толком не видели. Некоторые люди, особенно его преподаватели, считали Конора идиотом, пока он не доказывал им обратное.