Книга Аутсайдер, страница 37 – Тедди Уэйн

– Вы хотели бы записаться на следующий… урок? – спросил он.

– Как только ты сдашь анализы. В пять часов в четверг. На теннисном корте.

Он использовал слово «урок» в качестве эвфемизма и был озадачен тем, что она восприняла его буквально. Неужели ей правда нужна еще одна тренировка? Может, так она оправдывала то, на что рассчитывала после занятия. Пора и ему озвучить свои ожидания.

– Вы говорили, что не пользуетесь венмо, да? – спросил он.

Вместо ответа Кэтрин подошла к шкафу с двустворчатыми дверями и открыла одну из них. Внутри оказалась огромная встроенная гардеробная размером со всю его спальню в Йонкерсе. У входа стоял столик, заваленный вещами. Среди них была ее сумка. Кэтрин немного покопалась в ней под звон ключей, пока не нашла чековую книжку и ручку. Взяв очки с прикроватного столика, отвернулась от Конора, надела их и сняла только после того, как выписала чек.

– Подтверди тренировку, когда получишь результаты анализов, – сказала она, протягивая ему чек на шестьсот долларов.

Конор крутил педали, возвращаясь домой. В кармане у него лежал аккуратно сложенный чек. В спину дул легкий ветерок, шелестя придорожной листвой. Почти ни в одном доме не горел свет, и лишь луна освещала ему дорогу.

Он никогда не зарабатывал столько денег за один день, а новый сексуальный опыт оказался едва ли не самым сладостным в жизни. Конор по-прежнему испытывал омерзение от своего поступка, но вслед за этим чувством пришло другое, прежде незнакомое: возбуждение от собственной аморальности. В детстве и юности он старался хорошо себя вести, не употреблял ничего тяжелее травки и украл разве что шоколадку. А сегодня они с Кэтрин не только попрали сразу несколько моральных норм, но и нарушили закон (в зависимости от того, что понималось под назначением платежа). Юрист, ставший преступником… Достаточно, чтобы лишить его статуса адвоката.

Вот только он еще не сдал экзамен.

Когда Конор вошел в хижину, до него дошло, что он по-прежнему не знает номера Кэтрин, а значит, не сможет отправить ей результаты анализов. Но, когда он пробил чек на смартфоне, она сама прислала ему сообщение с именем врача.

Врача, который подтвердит, что он чист и может заниматься сексом за деньги. Интересно, Кэтрин и раньше направляла к тому же доктору других мужчин, молодых любовников, или просто подсказала имя лучшего специалиста в округе? Впрочем, какая разница? Как ни крути, то, чем Конор с ней занимался, называется проституцией. Однако он сам получил удовольствие, к тому же она ублажала его, а не наоборот. Это меняет дело. Или нет? Знай он заранее, что будет так хорошо, согласился бы и бесплатно. А деньги были всего лишь приятным бонусом. В колледже такой род занятий называли секс-услугами – скорее всего, чтобы избежать осуждения. Значит, он просто оказывает услугу, выполняет работу, причем весьма приятную. В глазах товарищей по команде Конор наверняка стал бы образцом мужской сексуальности, если бы выяснилось, что он получил щедрое вознаграждение только за то, что позволил зрелой красотке помастурбировать ему в ее особняке с видом на океан.

Впрочем, он все равно никому не расскажет.

* * *

На следующее утро Конор позвонил врачу и договорился о встрече во второй половине дня. Съездив в деревню, сдал мочу, кровь и мазок изо рта, а также прошел медосмотр. Результаты обещали прислать через несколько дней.