Онлайн книга «Песни вещих птиц»
|
– Какого ещё обряда? – спросила сонная Янина, оглядывая комнату. Каждый угол украшали резные узоры: цветы, лебеди, руны – глаз не оторвать. – Птица Сирин пела, помните? – Надя привычно закатила глаза. Это значило, что она полна сил и рвения, а Янина задаёт глупые вопросы. – Я спросила Агафью, она подтвердила, что это про обряд. – Кого спросила? – удивилась Марьяна и ощутила на себе укоризненный взгляд лесовой. Ей стало ужасно стыдно, что она никогда не интересовалась именами лесовиков, которые во всём ей помогали. Но ведь и они величали её не иначе как девицей. – Агафья говорит, – продолжала Надя, – для начала нужно всем умыться водой, которая течёт с горы Забвения. – Страшно звучит, – Янина покосилась на маленькую помощницу. – А вдруг мы всё забудем? Агафья презрительно фыркнула: – Было бы, что забывать, девица, было бы, что… А вот вспомнить не помешает! Вода поможет отбросить лишнее и вспомнить самую суть. – Ну, хорошо, – вмешалась Ксюша, – умоемся этой водой, а дальше что? Там и про травы, и про дверь… Дальше пришлось выслушать,что они задают слишком много вопросов, а надо бы просто брать кувшин да идти по воду. И Надя пошла. Давно у неё не было такого хорошего настроения. Она пританцовывала в пути, напевала прилипчивые строки про кружево, сорвала диковинный фиолетовый цветок с серебристыми прожилками на хрустальных лепестках, вплела его в косу и любовалась тем, как в каштановых волосах играют аквамариновые отблески неба. «Не так уж страшно в мире Нави», – подумала Надя. Рассвет превратил лес в произведение искусства. Каждая травинка застыла, словно стеклянная копия самой себя, листья налились изумрудным цветом и тоже будто окаменели. Живой ли, мёртвый этот лес, или вообще за гранью понимания?.. Непроявленный. Только сейчас Надя начала осознавать значение этого слова: тропы, которые в буквальном смысле ведут, и ужасающая густая тьма, и головокружительный аромат трав, и застывшее хрустальное молчание. Шум воды подсказал, что босые ноги вели её в верном направлении. Ручей оказался невероятно прозрачным, только бурлила у камней белая пена. Вода текла медленно-медленно, как ни в одной реке мира Яви течь не могла. Надя склонилась над ручьём. – Эй, с ума сошла?! Её схватили под мышки и оттащили в сторону. Надя вытаращилась на того, кто так бесцеремонно на неё набросился. От удивления она не могла ни возмутиться, ни испугаться. – И представить не мог такого изощрённого способа покончить с собой! – воскликнул её «спаситель». – Попасть живой в мир Нави, чтобы здесь окунуться в забвение и слиться на веки вечные с потоком памяти… Дурь полная. Меня, кстати, Мир зовут. А ты кто, безумная путница? – Надя… – Надя. Надя, ты, верно, хочешь набрать воды из ручья, но не знаешь, что ступать в него нельзя. Нужно изловчиться и наполнить кувшин так, чтобы по возможности вообще не коснуться воды. – А то что? – А то унесёт. Идём, я помогу. Уже когда кувшин был полон, а Мир попрощался и скрылся в лесу, Надя всё стояла у ручья, не понимая, как допустила, чтобы незнакомец держал её за талию, пока она наклонялась всё ниже к воде. Кто вообще этот не пойми откуда взявшийся парень с насмешливым прищуром и мягким тягучим голосом? Всё произошло так быстро – а может, вообще не произошло, лишь привиделось? Сердце колотилось неистово, пока она бежала со всех ног обратно, боясь не найти дом, снова потерять сестёр. Как вообщерешилась пойти одна? И правда ведь безумная. Она не оглядывалась: воображение рисовало, что за ней по пятам следует ещё кто-нибудь несуществующий. Лес, утренний, хрустальный, прекрасный, – это лес мира мёртвых, на минуточку. |