Книга Под знаменем Сокола, страница 165 – Оксана Токарева

— Теперь понятно, почему мы их столько времени нагнать не могли, — уважительно покачал головой Талец. — Гребёт так, что весло гнётся!

— Верно, думает, что с нами Хельгисон! — торжествующе рассмеялся Твердята. — Боится, что ему опять бело личико попортят!

От Анастасия не укрылось, как при этих словах сердито сверкнули полускрытые стрижеными вихрами глаза Войнеги. Удалая поляница, конечно, ненавидела предавшего её возлюбленного и желала ему гибели, но это не означало, что она могла позволить кому-то ещё его поносить.

Впрочем, чаяния и ожидания Мстиславича Твердята угадал верно. Когда его ладья прошла опасный участок, он отдал весло ватажнику, сидящему рядом (Анастасий признал в нем Костомола), и прошел на корму, внимательно оглядывая гребцов новгородской снекки. Верно, в самом деле надеялся отыскать того, с кем больше всего хотел поквитаться. Но на носу стояли только брат и сестра, а на корме, недалеко от того места, которое все эти дни не покидал дядька Нежиловец, застыла, словно сделавшаяся частью корабельной оснастки, Войнега. Мыслью покрывая расстояние, разделявшее сейчас ладьи, поляница вновь шепталаслова священного обета мести, вот только в глазах, слезящихся от ветра и пыли, но упрямо глядящих вслед удаляющемуся кнару, одновременно уживались и мука ненависти, и страдания любви.

***

Когда иссяк золотой родник заката и мир окутал зеленоватый сумрак, погоню пришлось прекратить. Обе ладьи пристали к берегу: новгородцы — к правому булгарскому, люди Гершома и Ратьши — к левому огузскому. Опасаясь внезапного вероломного нападения, дядька Нежиловец выставил дополнительные караулы и собирался менять их едва не четыре раза за ночь. Анастасий только плечами пожал. Неужто кто-то из воинов сомкнет вежды? Разве что для виду, дабы не показать товарищам, как его тревожит предстоящий день.

— А они не попытаются воспользоваться темнотой и скрыться? — тщась разглядеть среди плывущего по реке звёздного серебра огонёк чужого становища, спросил спафарий Дионисий.

— Это вряд ли, — покачал головой дядька Нежиловец. Судя по всему, их кормщик не раз хаживал в этих местах, ведает, что русло здешних рек из-за большого количества ила и известняка меняется чуть ли не каждый год. Не думаю, что он станет рисковать грузом. Звездочёту хватило и весны.

— Сколько до них от нашего стана? — небрежно поинтересовался спафарий, и Анастасий понял, о чем он думал.

Сколь же заманчиво, сколь опасно. Сейчас, чтобы покрыть расстояние, разделявшее ладьи, хватило бы и двух-трех поворотов малой клепсидры, завтра на сокращение разрыва уйдёт не меньше чем полдня. Впрочем, как оказалось впоследствии, Дионисий думал совсем о другом.

Ночь неспешно натягивала над рекой сверкающий звёздный покров, источала из пор ароматную росу, выдыхала из незримых сумрачных лёгких прохладу, пряла бесконечную кудель теней, навешивая на лопать своей прялки бессвязные наваждения и тревожные сны. Анастасий и не пытался уснуть, а его мысли бежали, точно закусившие удила кони по узкой колее над бездной, по горной дороге, которая, вздымаясь ввысь, всегда приводит вниз. Сейчас или никогда. Гершом Звездочёт и его страшный дар каганату должны исчезнуть, и лучше, если это произойдёт до рассвета, ибо днём, когда две дружины сойдутся в смертельном противостоянии, осуществить задуманное удастся, лишь обрекая на гибель не только чужих, но и своих.