Книга Под знаменем Сокола, страница 10 – Оксана Токарева

Когда на поверхности показалась знакомая черноволосая голова, все разразились единым ликующим воплем. Чудо, но ромей еще дышал. Вытащить мальчонку удалось не сразу. Тяжелый овечий тулуп и меховые штаны тянули на дно. Анастасий, хоть и выбивал частую дробь зубами, отфыркиваясь, как рыба-дельфин, выбрался почти без посторонней помощи.

— Тю! Да это же Тойво-отрок, любимый внук старого хранильника Арво!

В голосе Чурилы звучала такая радость, будто он вытащил из полыньи не первого на все Корьдно егозу и сорванца, которого только добрая слава деда спасала от ежедневной, если не ежечасной порки, а самого премудрого волхва.

— Это что ли тот самый, которого наш неумойка Неждан пять лет назад из выгребной ямы вытаскивал? — удивленно переспросил Сорока, заглядывая поверх голов.

— Да нет, — возразил Хеймо. — Из ямы это они на пару волчонка слепого тянули, ну, того самого, которого Кумом Неждановым кликали. Он на княжьем дворе потом еще жил, а после вместе с Нежданом пропал. А этого малого наш Незнамов, помнится, с крыши горящего амбара снял!

— Истину говорят, кто в огне не сгорел, тот и в воде не утонет! — облегченно рассмеялись гридни.

От Войнега не укрылось, что едва его воины узнали внука волхва, Всеслава, державшаяся по своей девичьей скромности в стороне, метнулась к краю льда. Сама, почти без помощи гридней, стала приводить мальчишку в чувство, а когда он задышал самостоятельно, сама совлекла с него одежду, перенесла на меховой плащ, накрыла пологом и принялась растирать. Служанки, выполняя ее поручения, подавали ей приготовленные порты и мед.

Войнег не посмел ей мешать. Чай, этот Тойво и в самом деле приходился старому Арво Кейо единственной родней. Пусть девица потешится, недолго осталось. Да и сраму в том особого нет. Пройдет год-другой, о своих сыновьях так же станет заботиться. Вопрос в том, кому она мечтала бы родить этих сыновей. Явно не хазарскому кагану!

Войнег не раз примечал, сколько бы вокруг Корьдненской княжны не вилось добрых молодцев, ни один ее внимания не привлекал,и это сейчас, когда, куда ни глянь, все бояра да воеводы. Нешто о Неждане безродном тоскует? Вот создал Велес загадку, девичье сердце. Ведь в тот раз, кабы не его, Войнега, охотничий нюх, точно сбежала бы, имя отцово и братнино на всю землю вятичей и за ее пределами осрамив. И этот утопленичек им явно подсоблял. Уж Незнамову-то сыну, своему приятелю и защитнику, вытаскивавшему бедового отрока изо всех переделок-то, точно. Почему, спрашивается, когда пришли за Нежданом поутру, темница оказалась пуста?

Впрочем, ладно! Неждана, что бы там ни болтали о нем гридни, теперь и след простыл! А что до Всеславы, ну, потоскует маленько, а там выйдет замуж, если не за хазарина, так за Ратьшу Дедославского, и заживет, как положено, в довольствии и почете.

Меж тем, непогода как бы сама собой незаметно улеглась. Снег прекратился, ветер стих, из-за свинцовых, тяжких туч даже слегка выглянуло солнце. Поскольку время сильно перевалило за полдень, а княжне, да теперь и не только ей, не терпелось попасть до темноты в святилище, путники стали собираться в дорогу.

По приказу Всеславы Тойво и Анастасия, несмотря на протесты последнего, устроили в санях, закутав в шубы и накрыв несколькими парами теплых плащей. Войнег отправил нарочных к святилищу — топить баню. Объехав лесом опасный участок реки, княжна и ее спутники вновь спустились на лед.