Книга К морю Хвалисскому, страница 185 – Оксана Токарева

– Живучая, змеюка! Не отыскали тебя стрелы и сабли приведенных мною хазар, не извела стужа и ледяная вода… А все одно! Не быть тебе женой моего Аяна!

Мудрая степная загадка про вход в шатер говорит: найди, открой, войди и опусти. Но вот как раз искать и открывать ни у Торопа, ни у Анастасия не было времени. Молодой лекарь, точно гноящуюся рану, вскрыл ножом войлочную обшивку и, раскрошив в щепы поддерживающую стены решетку, вломился едва не с противоположной стороны.

И в самое время. Склонившись над спящей и ничего не подозревающей девушкой, княжна уже занесла нож.

Дальнейшие события разворачивались быстрее, чем о них можно было бы поведать. Продолжая, видимо, ощущать на сандалиях крылья, Анастасий в одном прыжке покрыл расстояние, доступное только пардусу (вот где пригодились навыки древней игры тавромахии), и, поймав руку поляницы в самом начале замаха, сбил злодейку с ног, силясь отобрать нож.

Тороп хотел прийти ему на помощь. Но пока он разбирал в катающемся впотьмах по полу сцепленном насмерть живом клубке, кто свой, кто чужой, на нем живым комком ужаса и растерянности повисла Гюльаим, и расцепить ее сведенные судорогой, точно у утопающего, руки оказалось не менее сложно, чем разжать клешни рака или раскрыть створки жемчужной раковины. Хорошо хоть, пробудившись посреди побоища, невеста хана Аяна повела себя, как настоящая женщина, подняв крик, который услышали, верно, в соседних становищах. И уж такой призыв о помощи не остался без ответа.

Услышав приближающийся топот и голоса, княжна перестала сопротивляться. Однако, когда Анастасий уже издал торжествующий возглас, означающий, что скрутил, нанесла ему резкий и сильный удар в одну из болевых точек, так, что он невольно ослабил хватку. Злодейка рыбкой скользнула в проделанное им отверстие, и через миг ветердонес издалека ржание Айи и частый перестук копыт.

В погоню пустились все, кто был молод, легок на ногу и крепок в седле. Хотя и меда, и кумыса было выпито достаточно, чтобы Итиль показался по колено, привычка жить начеку, в постоянной готовности отразить чье-то нападение, оказалась сильней: оседлали коней и собрали вооружение на удивление быстро и основательно. Свежий ветер и охотничий азарт изгоняли из буйных голов последние остатки хмеля, а заходящий месяц и далеко обогнавшие отряд Малик и Хатун указывали дорогу по следам беглецов.

Среди преследователей ехал и хан Моходохеу. Недолгим оказалось его счастье с коварной красавицей, все любовные уверения которой обернулись подлостью и обманом.

– Скажи спасибо, что все произошло до того, как ты отвез ее отцу выкуп и свершил обряд беташар, раскрытие лица, – попытался утешить несчастного жениха хан Камчибек. – Я бы не удивился, если бы в первую брачную ночь ты обнаружил на спине у своей ненаглядной змеиную чешую, а на руках и ногах медные когти, ибо наш сосед Куря, похоже, породил не дочь, а демона Ювху.

– Женщина или демон, она моя нареченная невеста! – упрямо проговорил Моходу хан. – И право ее убить или помиловать должно принадлежать только мне!

И он грозно глянул на скачущего бок о бок со старшим братом Аяна, который, конечно, тоже жаждал свершить над злодейкой справедливый суд.

В это время к ним подъехал державшийся все это время чуть в стороне от отряда и внимательно читавший книгу следов Лютобор.