Онлайн книга «Слеза Жар-птицы»
|
— Знать бы, где он скрывается! Я бы жизнь положил, чтобы невесту свою найти и отомстить! — Ну вот тебе, любушка, и попутчик, — сказал Жар-птице Финист. — А я хоть сам идти не могу, но скую меч-кладенец, который сумеет уничтожить Кощея. * * * В самых темных глубинах зловещей Нави, там, где царят вечный холод и мрак, куда не проникает ни единый луч солнечного света, зато стекается вся слизь и гниль, стоят чертоги из черепов сложенные. Охраняют те чертоги чуда подземные, навьи неприкаянные, лиходеи и душегубы, умершие дурной смертью, да так в содеянном и на раскаявшиеся. На воротах стоит Лихо Одноглазое, на сторожевых башнях караулят злая Недоля,Горе да Кручина, Обида да Беда. Ни пешему, ни конному нет сюда пути. А если кто и доберется, заживо по косточкам растащат. В царской палате на золотом троне сидит сам Кощей обиду свою пестует. А в палатах поменьше, забранных золотыми решетками, выходящих в закрытый сад с золотыми цветами и деревьями, томятся бедные пленницы, дочери княжеские да боярские. Краше всех Царевна-ненаглядная красота. Каждый день приходит к ней Кощей спрашивает: «Пойдешь ли за меня замуж?», каждый день получает отказ. Только знает царевна, долго это продолжаться не может. По крупице выпьет супостат из нее жизнь, как из других царевен, с которыми она гуляет в саду между золотых ветвей да цветов, самоцветами украшенных. С каждым днем становятся девицы прозрачней горного хрусталя или адаманта, сохнут и чахнут, а их место занимают другие. Такая доля ожидала и Царевну-ненаглядную красоту. Вот как-то раз сидела она в саду под деревом с золотыми плодами. Горькие слезы точила, о друге милом сердечном Иване-царевиче вспоминала. — Как ты там, мой бедный Ванечка, сокол ясный ненаглядный? Помнишь ли свою сизокрылую голубку? Кручинишься, разузнать о судьбе ее горькой пытаешься? Али, сраженный злым недругом, сгинул в бесплодных поисках? Али оплакал потерю, смирился и забыл? — Как я могу забыть тебя, лада моя? Как могу о тебе не помнить? Полонила ты навсегда мое сердце, а что до недруга, так мы с ним еще поквитаемся. Испугалась Царевна-ненаглядная красота, глазам своим не поверила, решила, что чудится ей. Но нет: вот он воочию стоит, ее ненаглядный жених Иван-царевич, в золотом саду, живой и невредимый. Пала на грудь к любимому Царевна-ненаглядная красота, орошая ее слезами. — Не плачь, лада моя, не кручинься, милая. Я тебя из полона твоего вытащу. — Да как же ты вытащишь, Ванечка? — еще пуще заплакала Ненаглядная красота, прижимаясь к любимому, пытаясь на него наглядеться. — Одолею супостата и освобожу весь полон, — пообещал Иван. — Мне б только узнать, где выползень поганый погибель свою прячет. — Так это всем в Нави известно, — всхлипнула бедная Царевна — Вон он, заклятый дуб! — указала она на возвышающееся на утесе неподалеку от хором мертвое дерево. — На нем висит сундук, в сундуке лежит яйцо, а в яйце — Кощеева смерть. Вот только еще ни одному отважному витязю или могучемубогатырю не удавалось туда добраться. Кого не растерзала злокозненная навь, того сам Кощей в камень обратил! — Не бойся за меня, лада моя ненаглядная. Не испугаюсь я козней нави, дойду до дуба, добуду иглу, одолею злодея, вернемся мы домой и заживем с тобой душа в душу. Крепко поцеловал Ненаглядную красоту на прощание Иван-царевич и отправился в путь. Едва он ступил на дорогу, ведущую к заклятому дубу, преградила ему дорогу злокозненная навь. Чудища жуткие и безобразные, великаны многорукие, змеи шестиглавые, разные гады ползучие, настолько уродливые и злобные, что не нашлось им места на Земле. Достал Иван-царевич выкованный Финистом меч-кладенец и храбро вступил в бой. Принялся сечь и кромсать он жутких чудовищ, отсекать головы с зубастыми пастями, разбивать каменные панцири, рубить железные когти и ядовитые жвала. |