Книга Дочь Водяного, страница 90 – Оксана Токарева

Михаил подумал, что, хотя дочь Елены Ищеевой и Константина Щаславовича вела себя как типичный подросток, которому после рождения младшего брата или сестренки не хватает родительского внимания, она тоже знала, что под личиной тети скрывается родная мать. Возможно, Елена ей и сама об этом рассказала. Или же Карина каким-то образом даже причастна к ее возвращению. И хотя девочке Михаил не имел оснований желать зла, он не мог допустить, чтобы Елена Ищеева каким-то образом снова обрела свободу и плоть. Даже если забыть о другом зеркале, которое стояло у него дома. В конце концов, безвинная Арина пеструю рысью шкуру точно не заслужила. Да и Кирюше с его отцом стоило вернуть настоящую любящую жену и мать.

Закончив с ужином, Михаил спросил у Таисии, как давно ее дочь стала жертвой злокозненной ведьмы. Хотя в Слави время текло иначе, Стражи границы в событиях людского мира ориентировались лучше иных обитателей Трех Царств.

— Да вторую неделю уже, — вздохнула Таисия, скорбно заламывая руки. — Карина до этого как раз встречалась с отцом. Он ей зеркальце маленькое подарил, велел что-то над ним шептать сначала на Летнее Солнцестояние. Потом на Осеннее равноденствие. Но то ли девчонка что-то перепутала, то ли колдовство, которое ее мать заперло, слишком сильным оказалось, только теперь Ленка тело моей дочери заняла, а Арину в рысь обратила.

— То есть вы говорите, если Арина сумеет покормить Кирюшу молоком, то она снова вернется в человеческий облик, — уточнил Михаил, продумывая план дальнейших действий.

— Другого способа нет, — кивнула Таисия. — Да только как она покормит, если не может перейти ручей?

— Я помогу вам, если сумею, — устраиваясь на отдых, пообещал Михаил. — У меня к вашей Ленке старинные счеты.

— Уж не ты ли, милый человек, ее, змеюку, в зеркало загнал? —всплеснула руками, догадавшись, хозяйка избы.

Но Михаил уже спал и видел во сне Веру и Леву.

Поднялся он до свету и еще до того, как над лесом появилась первая зарница, стоял возле ручья, готовый в любой момент призвать духов. Таисия баюкала на руках спящего внука.

Когда предутренний сумрак немного рассеялся, сменившись прозрачной синеватой дымкой, в лесу на той стороне ручья мелькнул знакомый пестрый мех. Маленький Кирюша, вновь почуяв родную мать, потянул крохотным носиком, наморщил розовый лоб, да и разразился плачем, от которого у Михаила рвалось сердце. Впрочем, он понимал, что, если сегодня удастся преодолеть темное колдовство, разлуке малыша и его матери придет конец.

— Арысь-поле! Дитя кричит,

Дитя кричит, пить-есть хочет! — затянула свою жалостливую песнь Таисия, с надеждой глядя на глубоко запавшие бока дочери, ее слипшийся сосульками, свалявшийся колтунами мех.

На болоте между Молочной рекой и Заповедным лесом пленница чужого тела не имела возможности насытиться охотой, да и не могли пока звериные инстинкты одолеть человеческий разум.

Арина-рысь остановилась возле ручья, и Михаил достал дудочку, чтобы вызвать духов, и изничтожить уже преграждающую дорогу злокозненную Навь. Однако в этот миг в далеком Наукограде в комнату Кирюши вошла Елена, почуявшая неладное.

— Старая хрычовка! — пробормотала она. — Опять внука утащила. Хочет молоком своей дочери его накормить! Не бывать этому. Мне, конечно, в Аринкином теле не совсем сподручно, но к себе вернуться я способ найду и Константина Щаславовича вытащу! А если им так нужен этот Кирюшенька, то пускай подавятся!