Книга Дочь Водяного, страница 85 – Оксана Токарева

— Ничего, мы что-нибудь еще придумаем, — заверил Болотника Михаил.

Хотя его, конечно, заинтересовало упоминание той старой семейной тяжбы между Водяным и его несостоявшимся зятем, расспрашивать Болотника о ней он не стал. Этот все переврет и исказит, как ему выгодно. Понятное дело, что, хоть и кичится он своими богатствами, а все равно Водяному завидует. Нечисть-то он более мелкая и пакостная, про которую и сказок-то приличных толком не сложили. Одни побасенки.

В крови снова разливался злой кураж. Достаточно этот пузырь со своими кикиморками натешился наглумился, пора бы и пошутить в ответ. И можно даже без магии. Михаил нащупал в кармане подаренную Анатолием Тихоновичем кремниевую зажигалку известной уважаемой фирмы. Старый военкор никак не мог запомнить, что «салага» не курит и не собирается даже пробовать. Сейчас эта зажигалка могла сыграть важную роль в намечавшемся шоу. Только бы не рванул наверняка скопившийся в яме метан. Хотя головокружения и других признаков отравления Михаил не чувствовал, а зловоние исходило от гниющих растений и самого семейства Болотника. Конечно, на болоте царствовала сырость, но торф в яме выглядел достаточно сухим.

— Приданое, говоришь? — двинулся Михаил на Болотника с видом Апломбова из старого фильма «Свадьба» по Чехову. — Сейчас проверим, на что оно вообще годится. Или это все тоже обман и морок, как и угощение.

Он чиркнул зажигалкой, и в пещере заполыхало зарево. К счастью, взрыва не получилось, из-за щелей помещение достаточно хорошо проветривалось, но эффект превзошел ожидания. Болотник, которого неплохо опалило, завопил что есть мочи и рухнул в грязь, придавив своей тушей нескольких дочерей. Остальные кинулись было к ускользающему от них жениху, пытаясь его задержать, но, наткнувшись на серебряные обереги, завопили и затрясли руками, точно схватились за уголья.

Михаил проверил не пригодившуюся ему здесь дудочку, поправил за плечами рюкзак и, расталкивая кикимор, поспешил к выходу, сопровождаемыйстонами и причитаниями барахтавшегося на полу Болотника.

— Стой, куда пошел! Вернись! Сгинешь ведь! Да нет ни в Слави, ни в Нави того, что ты ищешь. Сам Бессмертный не знает, где теперь она, он мне сам сказал, и никто не знает!

Михаил не слушал старого обманщика. Над болотом уже горела вечерняя зоря, а он так и не нашел отсюда выхода, а поскольку ночевать в этом поганом во всех отношениях месте он не собирался, то, раздобыв слегу, пошел наугад, стараясь хотя бы вспомнить дорогу, которой его привел сюда Болотник. Но старый плут то ли хорошо отвел ему глаза, то ли сухой путь появлялся лишь по его велению.

Михаил уже достаточно долго плутал, перескакивая, как журавель, с кочки на кочку, пробавляясь клюквой, которая оказалась вполне съедобной и даже приятной на вкус, моля лишь о том, чтобы не выйти снова к вонючей берлоге Болотника. Он высушил одежду под кумой движением и снова вымочил штаны выше колена, когда форсировал протоки вброд. Он потихоньку набирал сухие ветви и пласты торфа, поскольку подумывал о том, чтобы на одном из островков как-нибудь переночевать, а уже завтра с новыми силами либо самому сориентироваться на местности, либо уже обратиться к помощи духов.

Однако в это время впереди между хилых берез и дрожащих без ветра осин мелькнул виденный на переправе пестрый мех, и в тот же миг женский голос откуда-то зычно позвал: