Книга Дочь Водяного, страница 84 – Оксана Токарева

— Ну что, увидел моих красавиц? — досадливо скривился Болотник, каким-то образом догадавшийся, что обман для гостя раскрылся. — И что мне с ними делать? Кому эти когтистые да зубастые нужны? Это тебе не русалки! А вам, мужикам, раскрасавиц подавай! Еще бродницы — туда-сюда, — указал он на простушек с жабрами и перепонками между пальцев. — За красных девок сойти могут. Красой, чай, в мать пошли. А куда мне, спрашивается, кикимор девать? — ткнул он перепончатой дланью в сторону притихшей стайки своих уменьшенных копий с гипертрофированными женскими формами, особенно уродливыми в сочетании со звериными лапами и лягушачьей кожей. — Им для того,чтобы морок наводить, кровушка человеческая нужна, а ее сейчас просто так не достать. Вот и остается мне, горемычному, всем угождать и подо всех прогибаться. А еще этот родственничек так называемый, шурин мой беспутный Водяной, пытался на свою сторону склонить! Говорит, пусть колдун идет своей дорогой, а ты его не трогай, а как тут не трогать, когда все мои угодья таежные эти аспиды с полигонами и прочими заводами-пароходами осушить хотят? Приходится как-то выкручиваться. И тут и там успевать. В последний раз предлагаю миром — иди ко мне в зятья. Станешь богаче хозяина Нави безо всяких мусорных полигонов. Сделаешься влиятельнее всех ваших нефтяных и газовых королей! Любые прииски, любые месторождения за своими дурехами в приданое дам. Ну что, возьмешь хоть одну бродницу? Кикимор не предлагаю, пусть сами выкручиваются, они тоже мороки наводить мастерицы, не все же из вашего брата зрячи во всех мирах.

— Бродницу, говоришь? — снова не подал вида Михаил, хотя угрозы Болотника его начали порядком утомлять.

Да что он себе позволяет? Стакнулся с Бессмертным и еще свои условия тут диктовать смеет. Месторождениями да приисками заманивает.

— А что ж к геологам да нынешним управляющим компаний не пристроил? Неужто никто твоим дочерям не приглянулся? Ни один в их сети не попал?

— Да как тут попадешь, когда геологи эти почти все сплошь атеисты! — пожаловался Болотник. — На них морок наводишь, а они в упор ничего не видят! А все эти нынешние управляющие компаний в тайге да на буровых ни разу и не бывали. Только в ваших каменных джунглях сидят. Барыши считают.

Михаил невольно вспомнил Андрея, который Лану сумел разглядеть лишь когда она человеческий облик приняла, что кикиморам, судя по сказкам, было недоступно, а Константина Щаславовича и вовсе видел совсем не тем, кем он на самом деле являлся.

— Но ты не думай! — набивал дочерям цену Болотник. — Мои девки не все оплошали, некоторые все-таки нашли себе путных мужей. Теперь на нефтяных вышках да на газовой трубе сидят, заботы не знают. Я не такой гордый, как Водяной, которому, видите ли, и Хозяин Нави не подходящий зять. Подумаешь, его дочь-русалку когда-то отверг, предпочтя жар-птицу, с кем не бывает. Зато какой богатый и разумный! Не то что этот любитель лягушек блаженный, за которого дурочкаЛана по большой любви пошла. Хотя я бы и на такого зятя согласился. Дочерей-то у меня не счесть, это ж при мне самые любимые остались. Младшенькие. Из тех, в чьих болотах еще разведку даже не производили. А запасов там не счесть, хотя вам, людям, с вашей жадностью и на двести лет, пожалуй, не хватит.