Книга Дочь Водяного, страница 40 – Оксана Токарева

— А духов ты никак не можешь призвать? — с мольбой глянул на него Берген Хотоев.

— Тебе ж там и вправду в прошлый раз кто-то помогал, — вспомнил Саня Боровиков, которому в девятнадцать совсем не хотелось умирать.

Михаил в свои двадцать пять с половиной тоже имел определенные планы на жизнь, но, как управлять духами ипри этом поддерживать щит, совершенно не представлял. Боевики и охранники Елены Ищеевой словно специально держали его на прицеле, не позволяя ни на миг отвлечься. В такой ситуации вряд ли нашел бы выход и опытный шаман.

И все же помощь им пришла, причем оттуда, откуда они не ожидали. Когда под древними сводами при полнейшем безветрии снаружи поднялся настоящий ураган, сбивший с ног нескольких боевиков и еще одного столкнувший прямиком в пасть зеркала Нави, спутники Ищеевой озадаченно вскинули оружие, а пленники с надеждой глянули на Михаила:

— Твоих рук дело?

Тот лишь нервно пожал плечами. Говорить уже не хватало сил, однако он видел, что портал в тонкие миры, который пыталась открыть правнучка шаманки, сработал совсем не так, как она рассчитывала.

Когда рухнула одна из лестниц, увлекая вниз троих боевиков, все только пригнулись: при падении кто-то нажал на гашетку, разрядив на прощание весь магазин. Кто-то, не разобравшись, ему ответил, и в башне началась беспорядочная хаотичная стрельба. Боевики, которые, видимо, подумали, что их решили кинуть, стреляли в охранников, те прицельно расстреливали боевиков. И только шаман и ведьма видели, кто направляет почти каждый выстрел.

— Стойте, прекратите! — разорялась Елена Ищеева. — Вы разве не понимаете, что это все происки этого блаженного с дудочкой?

Она поначалу тоже пыталась выстроить щит, но потом один из охранников, следуя инструкциям, сбил ее на пол и упал сверху с простреленным черепом.

Михаил бы с радостью последовал ее примеру. Но он продолжал прикрывать пленников и лишь наблюдал, как расстрелянные заложники, замученные насмерть военнопленные, солдаты, которым отказали в последнем пристанище, вершат свой суд. Они наводили мороки, сбивали прицелы, подталкивали, заставляя стрелять не только в охранников, но и палить друг в друга. Тем более что любители расширять сознание при помощи травки и так ловили неслабые трипы. Ибо никакие лозунги о борьбе за веру и независимость, никакие красивые слова и великие идеи не способны оправдать убийство безоружных, пытки и глумление над мертвыми. Да и у телохранителей в прошлом, как выяснилось, хватало неотмщенных теней.

Чуть в стороне держались призраки обитателей башни. Они не пытались вникнуть в разборки гяуров, но именно ониобрушили первую лестницу, спровоцировав бойню, и теперь удовлетворенно наблюдали за свершением кровной мести. Не стоило потомкам убийц спускаться в долину и селиться там, где все еще бродили неупокоенные и неотмщенные души жертв.

Когда последний из боевиков упал, скошенный очередью охранника, который и сам в следующий миг захрипел, захлебываясь кровью, тени защитников башни сначала померкли, а потом растворились, чтобы навсегда уйти в чертоги предков и далее, куда назначит Судья. Тени солдат и мирных жителей тоже делались более светлыми, похожими на закатные облака, устремляясь куда-то к горизонту. Старый шаман, заключенный в зеркало Нави, провожал их тоскливым взглядом.