Книга Дочь Водяного, страница 27 – Оксана Токарева

Хотя шаманские обереги продолжали отмечать место силы, Михаил сразу почувствовал, что лаз зарыт. Причем не после ритуала, а потому, что запечатан изнутри. Лана это, конечно, тоже заметила.

— Уполз, змей проклятый, к себе в Навь! Силы копить и раны зализывать, — не скрывая презрения, проговорила она.

— А я-то надеялся, что Андрей его уничтожил, — не смог скрыть разочарования Михаил.

— Громовая стрела способна выползня развоплотить, — пояснила Лана. — Но одержать полную победу можно, лишь отыскав иглу, в которую хозяин Нави заключил свою смерть. Но где она сокрыта, ни мне, ни моему отцу не ведомо.

Михаил глянул на Хранительницу, не скрывая удивления. Неужели и эта детская сказка у него на глазах обретала плоть? Впрочем, пока он сумеет разгадать загадку иглы, следовало лишить Бессмертного силы, отрезав доступ к ее ресурсам. Проще говоря, для начала закрыть полигон.

Привлечь к проблеме внимание помогла публикация о пожаре. Роман Коржин не только добросовестно расшифровал и отправил текст в московскую редакцию с указанием авторства, но и снабдил проявленными в фотолаборатории снимками. Более того, умельцы с местного канала из отснятых Михаилом кадров смонтировали ролик, продемонстрировав приближение огненного смерча в динамике. Материалполучился настолько зрелищным, что его показали по одному из центральных каналов.

— Ну ты теперь звезда! — не без иронии сообщил Михаилу пославший его в эту командировку начальник отдела. — Ты там вообще живой или тебя в самом деле дикие звери задрали? Вот отправляй после этого перспективную молодежь во всякие медвежьи углы.

Оказалось, что главному редактору настолько понравился материал о пожаре, что его выпустили на одной из первых полос сразу после политических новостей с заголовком «Репортаж из медвежьей пасти». Начальник отдела, однако, счел своим долгом попенять на то, что с чужих адресов отправлять статьи можно только в случае действительно форс-мажорных обстоятельств.

— Что ты вообще забыл на этом стационаре? — поинтересовался он сурово.

Михаил пояснил, попросив продлить срок командировки.

— Так я тебя не держу, хотя после такого горячего в прямом смысле материала ты, считай, в штате. Если денег и терпения хватит, копай сколько влезет.

Хотя мизерные командировочные Михаил потратил еще когда покупал билеты, а гонорар за вышедший репортаж обещали выплатить только в конце месяца, в долги влезать не пришлось, сэкономив на гостинице. После стационара несколько дней Михаил по настоянию Ланы, которой хотелось убедиться в том, что ее защитник действительно выздоровел, провел у Андрея. Потом Мудрицкий почти задаром поселил столичного гостя в студенческом общежитии.

Вернувшись в город, Михаил первым делом нанес визит в Фонд экологических исследований. В конце концов, Константин Щаславович сам обещал ему интервью. Однако в приемной, выгодно отличавшейся от застрявшего в семидесятых и уже изрядно обветшавшего института недавним ремонтом и современной отделкой, ему вежливо сказали, что Константин Щаславович уехал в загранкомандировку и когда вернется неизвестно.

Рассказать о деятельности Фонда любезно согласилась заместитель главы Елена Петровна Ищеева — уверенная в себе, по-европейски стильная, холеная блондинка лет тридцати. Она подробно описала все программы по сохранению популяции редких видов, перечислила меры, которые предпринимает Фонд в борьбе с вредными выбросами и загрязнением водных ресурсов и почв. Вот только лицо ее при этом напоминало застывшую маску, а в цепких холодных глазах плескалась Навь.