Книга Царевна-лягушка для герпетолога, страница 80 – Оксана Токарева

Взяв повод Солового, Лева отвесил земной поклон в сторону Солнца, и мы последовали его примеру.

— Ходу, ребята, — торопил нас Лева, запрыгивая на спину скакуна и помогая мне занять место с собою рядом. — Нам подарили уникальный шанс уже сегодня вечером добраться до границ Медного царства.

Надо сказать, что, в отличие от Ивана, который в седле себя чувствовал уверенно, как кочевник, до сего дня я с лошадьми дела почти не имела и на предложения Левы и деревенских ребят прокатиться отвечала отказом. А тут еще то и дело подкатывала дурнота, и раны на спине горели, разгоняя жар по всему телу. В общем, если бы Левушка, в объятьях которого я проделала большуючасть пути, меня не поддерживал, я бы на первом же ухабе бездарно свалилась. Они с Иваном на моем фоне выглядели просто огурцами. Двужильные они, что ли? Или на них так влияли азарт схватки и близость погони?

Тем более что наше путешествие напоминало даже не скачку галопом, а настоящий полет. Вероятно, все же не такой, как у Воланда с Маргаритой, но вполне эпичный в духе былин, которые все еще звучали в голове. Рек и озер наши чудо-кони, конечно, в одном прыжке не перескакивали просто потому, что достаточно крупные водные преграды или глубокие овраги нам не попадались на пути. Зато дубравы и рощи оставляли позади с такой стремительностью, что я не успевала ничего даже толком рассмотреть. Видела лишь, как радостно подрагивают ветви деревьев, освобожденные от бородатого мха и зловредных вьюнков, которые при приближении солнце-коней куда-то буквально отползали. Как засыхают прямо на глазах кусты волчьей ягоды и бузины, как с травы и ветвей испаряются даже маленькие пятнышки слизи.

Того самого одолень-ключа, который, выбегая из-под земли, устремлялся в лес шустрым ручейком, мы достигли не вечером, как робко мечтал Левушка, а около полудня. Аккуратно выложенная камнями купель и охранные знаки указывали на то, что это место заветное. А по берегам росли необычные цветы, напоминавшие одновременно незабудки и цветущий лен. Здесь даже легче дышалось, и вода имела очень свежий и приятный вкус. Что-то вроде натурального березового или яблочного сока. Разве что зубы от нее ломило так, что пить приходилось маленькими глоточками. Зато спине полегчало, кажется, еще до того, как Лева приложил к ранам смоченную живительной влагой чистую тряпицу.

— Это все благодаря одолень-траве, — улыбнулся Лева, срывая целую охапку растений и прикладывая к моей спине несколько растертых в кашицу стеблей. — Она исцеляет все болезни.

— А папоротник тут тоже цветет? — скептически поинтересовался Иван, подсчитывая количество лепестков и тычинок в безуспешной попытке провести классификацию.

— И не только на Купалу, — на полном серьезе отозвался Лева. — Но он никому особо не нужен. Возродить к жизни и вернуть в наш мир обитателей Чертогов Предков он все равно не сможет.

Иван только покачал головой и решил проверить лошадей, наслаждавшихся законной передышкой.

— Мы их так не загоним, да и не простудятся ли они, напившись ледяной воды после такой скачки? — беспокоился брат, оглаживая взмыленные бока утолявших жажду животных.

— А ты глянь на воду в том месте, где они пьют, — посоветовал Левушка, показывая, как возле конских морд от воды поднимается пар, а на поверхности лопаются пузыри, как в минеральном источнике. — Трогать не советую. И по поводу усталости не переживай. При дневном свете они способны полмира покрыть.