Книга Царевна-лягушка для герпетолога, страница 137 – Оксана Токарева

— Она просто всегда перехвалить боялась, — вступилась я за мать.

— Вот то-то и оно, — поцеловала меня бабушка. — Это ж надо до такого додуматься — детей сравнивать! Понятно, что Ванька всегда был семи пядей во лбу, только где теперь его лоб-то?

Я разревелась в голос, напугав какого-то мелкого зверька, который с любопытством разглядывал нас.

— Мне правда это яблоко очень нужно, — возвращаясь к своей основной цели, всхлипнула я, точно выпрашивала сладость или игрушку.

— Не боишься, что выползень поганый тебя обманет? — строго глянула на меня бабушка.

— Еще как боюсь, — призналась я. — Он, конечно, обещал, но видела я, как он обещания исполняет. Только если я яблоко не добуду, Лева прямо сейчас от старческой немощи умрет.

— Любишь его? Медвежьего недокормыша? — с ласковым удивлением глянула на меня бабушка. — Вы ж с ним да Иваном в детстве на одном горшке сидели!

— У Левы был свой, — невольно улыбнулась я.

— Не пара жар-птице внук шамана, — покачала головой бабушка. — У них своя магия, свои пути. Он потому вас к дубу и вел, что про иголку его роду никогда не было известно.

— Ну он же не виноват, — вступилась я на этот раз за Леву.

— О том я и говорю, — согласилась бабушка. — Так-то парень он толковый и надежный, не то, что твой арбузный богатырь. Вот уж действительно за дутого героя и голого короля едва не пошла. Хотя вам, бедным, теперь и выбирать особо не из кого. И из нашего крылатого рода почти никого не осталось. Да и то сказать, внучка Водяного тоже человеку не пара! А Ивану другой судьбы и не надобно. Ну тихо, тихо, — обняла она меня, видя, что я снова готова разреветься. — С мертвой и живой водой для него еще не все потеряно. В тонких мирах законы природы иначе устроены и время по-другому течет. Апока надо подумать, как тебе помочь и бед еще больших не наделать. С птицами вещими посоветоваться. Сирин и Алконост[23]на тебя теперь сердиты и, честно говоря, есть за что. Стыдоба-то какая! Хорошо, что дедушка не видел!

— А дедушка тоже здесь? — потрясенно спросила я, хотя иного ответа и не ожидала.

— Да где ж ему еще быть? — пожала плечами бабушка. — Летает на орбите, бесов гоняет. Вам рвался помочь, да сказали, сами должны справиться.

— И кто же нам совет добрый даст? — спросила я, бросив робкий взгляд на заветное дерево.

— Да кроме Гамаюна[24]некому, — качнула головой бабушка. — А вот и он, легок на помине!

Я повернулась в ту сторону, куда она смотрела, но увидела только какой-то странный предмет, напоминающий парящее в воздухе само по себе павлинье перо. Приглядевшись повнимательнее, я поняла, что это никакое не перо, а птица, размером не больше воробья, при этом не имеющая ни ног, ни крыльев и источающая дивное благоухание. Перемещалась она при помощи пышного хвоста, который не только не мешал летать, но, наоборот, создавал парусность и обладал, судя по всему, исключительными аэродинамическими характеристиками.

— Да как же мы поймем, что он нам скажет? — спросила я, потрясенно разглядывая диковинное создание, чьи перья отливали всеми оттенками синего от кобальта и ультрамарина до бирюзы, а совершенно человеческие разумные глаза на птичьей голове имели нежный лазурный цвет. — Он разве разговаривает?

— А зачем нам разговоры? — нисколько не смутилась бабушка. — Сама знаешь, не все, владеющие человеческой речью, имеют мысли, которые стоит выражать.